Loading...
Изменить размер шрифта - +
 — Мы хотели заручиться твоей поддержкой. Ну что ты против своих же братьев-Смотрителей ничего не будешь предпринимать. И если что, то мы будем вместе.

— Если — что?

Дипломат из Стига был плохой. С первых же слов захотелось послать его куда подальше. Как будто он не знает: «если что», то я его убью.

— Можно мне? — вышел вперед гитарист.

Макс резко оборвал аккорд, но на это никто не обратил внимания. Парень между тем продолжал:

— Олег не успел приехать. Ему бы ты скорее поверила. Он будет здесь через пару дней.

Решили подтянуть тяжелую артиллерию, московских Смотрителей? Конечно, с Олегом мне разговаривать было бы гораздо сложнее, чем с этой компанией. Но с другой стороны, таких глупых условий, как Стиг, он бы не ставил. Олег умен. И он хорошо меня знает. Он знает, что «если что», то я буду не за тех или этих, а за Макса. И только за него.

— Мы думали дождаться его, — на одной ноте вещал гитарист, — но эти упыри нас опередили, и пришлось поторопиться. Нам надо знать, защищаешь ли ты вампиров или мы можем рассчитывать на твою лояльность?

Макс наигрывал что-то знакомое. Кажется, я это уже слышала. В критические моменты в нем открывается масса талантов, о которых я раньше не подозревала. В девятнадцатом веке в Германии была популярна гитара?

— Что ты нам скажешь? — напомнил о себе хозяин инструмента.

Я оглядела собравшихся. Со мной говорили двое, видимо, только они знали русский. Остальные молчали, но смотрели на меня так, словно и без перевода все понимают. Они были на удивление разные. За время общения с вампирами я привыкла к их болезненной красоте, к их мертвенной бледности. Люди же передо мной были высокие и низкие, худые и полные, с живыми заинтересованными лицами. Вздернутые в оживленном ожидании брови, прищуренные в напряжении глаза. Парнишка щиплет чуть пробивающуюся бородку. У девушки на скуле зреет прыщик.

— Я не думаю, что приму участие в каких бы то ни было играх, — сухо ответила я.

— Пока эти игры не касаются тебя, возможно. Но в конце концов войны добираются до каждого дома.

— Войны больше не будет. — Я чувствовала слабость своей позиции. Если бы от меня хоть что-то зависело!

Парень покосился на Макса, но все же сделал шаг вперед. Мог не утруждать себя, вампир бы его услышал, даже если бы гитарист шептал мне на ухо.

— В последних событиях пострадало много нежити, и хотя виноваты больше они, чем мы, вампиры собираются восстановить статус-кво, подправить пошатнувшуюся репутацию.

— Я не дам им ничего сделать. Войны не будет, — повторила я. Как будто от меня тут что-нибудь зависело! Я была вечным участником чужой игры.

— Ситуация сложнее, чем может показаться. — Вкрадчивый голос, темные внимательные глаза. Смотритель обладал определенным обаянием. А главное — он знал, что умеет очаровывать, и в открытую этим пользовался. В ответ я только упрямо поджала губы. Если бы взаимоотношения людей основывались на обаянии, мир был бы сказочным. — Из Нордкина вернулся Антон. Он собирается мстить.

— Кому? — История с Антоном и Ириной мне казалась завершенной. Врет он все!

— Вурдалакам, — легко произнес музыкант. Присутствие Макса его не смущало. Я бы за «вурдалака» врезала. Его никто не обзывает припадочным — вон как моргает. Наверняка это реакция на вампиров. — Если его не удержат в Москве, то он превратится в Черного Смотрителя, будет работать сам на себя.

— Если что-то и произойдет, то вы здесь будете ни при чем.

Я впервые слышала о таком понятии, как Черный Смотритель. Что-то родственное черному копателю? Видимо, во все времена появлялись люди, не желающие подчиняться правилам, использующие свою силу без ограничений и норм.

Быстрый переход