Потом внезапно вспомнила, что утром хорошо бы умыться, понеслась в ванную, остановилась на полпути и спросила себя: «Жень, ты чего засуетилась?» Она вдруг почувствовала, что состояние Лили передалось ей по телефону. Это умение настроиться на человека было необходимым качеством психолога. Но взаимопроникать можно было до определенного предела.

У Жени этот предел часто оказывался беспределом. Она начинала испытывать те же чувства и мысли, что и ее пациент. С одной стороны, это помогало, потому что она говорила человеку то, о чем он и сам думал, и от этого возникало вожделенное доверие. Но с другой стороны, Женя могла принимать чужие мысли за свои, а чужие болячки вдруг начинали расти в ней, как у себя дома, махровым цветом. Александр Николаевич за это на нее нешуточно сердился, считал это непрофессиональным и опасным для ее здоровья. Вот и сейчас, стоя в ванной и видя свое лицо в зеркале, она поняла, что начался ее очередной беспредел. Из зеркала на нее смотрели одуревшие и испуганные глазищи. «Одни глаза, — подумала Женя. — Куда лицо-то делось? Наверное, такие глаза сейчас у Лильки». Мысль мелькнула быстро и неожиданно, но Женя поняла, что надо делать.

«Если я сумею успокоиться, то сейчас же успокоится и Лилька. Она, наверное, сейчас в машине сидит и, уж конечно, не за рулем. Если она там расслабится сейчас и немного уснет, это ей будет только на пользу». Женя спокойным шагом, контролируя себя, прошла в комнату, села в кресло, откинула голову на спинку и закрыла глаза. Ее дыхание становилось все тише, казалось, что Женя уснула.

— Лилия Викторовна, мы приехали. — Сергей осторожно тронул за плечо задремавшую вдруг молодую женщину.

Лиля открыла глаза и виновато улыбнулась. Улыбка получилась вымученная, но все же было видно, что женщина начинает успокаиваться.

— Я, кажется, отключилась? Странно, я совсем не хотела спать. Наверное, это меня в машине укачало.

Оперативник согласно кивнул и снова обратился к ней:

— Мне вас проводить?

— Скажите, а вас это не очень затруднит? Вы и так со мной уже намучились.

— Нисколько. Я рад, что могу хоть чем-то быть полезен вам. Идемте, я закрою машину.

Закрыв машину, он отдал Лиле ключи, и они вошли в подъезд. Дом был новый, в нем приятно пахло краской и чем-то еще, что позволяет безошибочно определить только что сделанный ремонт. Женя снимала квартиру в этом доме совсем недавно.

Они поднялись на лифте на третий этаж, но не успели нажать на кнопку звонка, как дверь перед ними открылась.

— Ты как догадалась? — Лиля остолбенела от неожиданности, но уже в следующее мгновение с плачем бросилась в объятия Жени.

Словно плотину разрушило в результате террористического взрыва или начались ливневые дожди в Западной Европе — слезы текли потоком, но с этим потоком уходила и гроза. Напряжение кошмарного утра отступило сразу, как только женщина почувствовала себя в безопасности. Вытирая слезы и извиняясь, Лиля представила Жене оперативника:

— Познакомьтесь, пожалуйста. Это Евгения Николаевна Булатникова, психолог. А это Власов Сергей Вадимович.

Женя пригласила их пройти, но Сергей явно колебался, видимо, заходить в квартиру не входило в его планы.

— Нет-нет, пройдите, пожалуйста.