И вот сегодня у нее отняли одно из немногочисленных прав – право выбора одежды для себя. Что могло быть хуже этого?

Она смахнула с глаз слезы. Эти люди выслушали ее мнение, даже похвалили ее выбор. Если бы они позволили ей выбрать тот серый шелк, Линет была бы счастлива.

Модистка и ее помощницы приступили к работе. Они тщательно провели измерения, интересуясь абсолютно всем – от ширины запястья до высоты груди. Иногда Линет невольно краснела, но модистка знала свое дело, и это мучение скоро закончилось.

Они завершили свою работу быстрее, чем ожидала Линет, и поэтому она, немного повеселела. В жизни существовали вещи и похуже, чем невозможность выбирать себе одежду. Мило улыбнувшись модистке, Линет подумала о том, что она сумела сохранить самообладание. Теперь, возможно, ей удастся повлиять на баронессу.

Она спокойно наблюдала за тем, как баронесса прощается с модисткой, и уже повернулась к выходу, как вдруг заметила, что та не спешит присоединиться к ней. Линет смущенно осведомилась:

– Разве у нас осталось что-то еще?

Баронесса улыбнулась, но ее взгляд был холодным и колючим.

– Конечно, Линет. Еще очень, много дел. Идите сюда.

Она указала на дверь, которая вела в заднюю часть дома. Когда модистка открыла эту дверь, Линет увидела темный коридор и краем глаза заметила, что все взгляды устремлены на нее. В какой-то момент она почувствовала себя кроликом, которого загоняют в клетку с удавом, но усилием воли прогнала эту мысль. В конце концов, она находится в модном ателье в центре Лондона. Здесь не могло быть никаких удавов.

Кивнув баронессе, Линет спокойно прошла в мрачный коридор, удивляясь тому, что ее спутницы молчат. Женщины вплотную следовали за ней, словно преграждая ей путь к бегству. Линет почувствовала тревогу и замедлила шаг. Ее страх усилился, когда баронесса вдруг грубо подтолкнула ее сзади.

– У нас назначена встреча, мы не можем опаздывать, – сквозь зубы процедила пожилая леди.

Коридор внезапно закончился, и они оказались перед самой обыкновенной дверью. Правда, на ощупь она была холодной и очень тяжелой. Линет стоило больших усилий, чтобы открыть ее. Женщины вошли в просторную комнату, освещенную огнем, который полыхал в камине. В центре комнаты стоял большой стол. Справа – ширма и массивное кресло.

В углу Линет заметила мужчину.

Он казался каким-то безликим, хотя был хорошо одет и учтиво им улыбался. Его присутствие почти никак не ощущалось. Даже Линет, которая всегда старалась уловить характерную особенность в лицах прихожан своего отца, не могла зацепиться взглядом хоть за что-нибудь в облике этого человека. Он вышел вперед, вежливо поклонился и поцеловал руку баронессы, затем взял руку девушки.

– Вас зовут Линет? – спросил он высоким гнусавым голосом.

Она кивнула, вопросительно глядя то на баронессу, то на незнакомца. Линет вдруг заметила, что модистка исчезла, плотно прикрыв за собой дверь.

– Меня зовут мистер Смайт, – продолжал мужчина. – Я врач, и мне предстоит провести обследование.

– Обследование? Какое еще обследование?

Линет повернулась к баронессе, но та, капризно поджав губы, не соблаговолила ответить. Вместо этого она села у камина и вздохнула. Мистер Смайт вежливо пояснил, обращаясь к Линет:

– Я должен обследовать вас на предмет болезней и наличие шрамов.

Девушка оглядела его с головы до ног. Только сейчас она поняла, что этот мужчина собирался обследовать ее. Она застыла, чувствуя, что ее охватывает яростное негодование.

– Уверяю вас, мистер Смайт, у меня прекрасное здоровье.

– Конечно, – согласился врач. – Тогда это не займет у меня много времени. Зайдите за ширму и разденьтесь.

Линет подошла к баронессе, которая сладко зевала, вытянув ноги к камину.