Внезапно она увидела, как лицо баронессы изменилось. Если раньше эта женщина была заодно с мистером Смайтом и держала себя холодно и подчеркнуто равнодушно, то теперь она смягчилась. В ее взгляде сквозило искреннее сочувствие. Она поднялась с кресла и подошла к столу.

В первый раз, после того как Линет переступила порог этой комнаты, в ее душе зародилась надежда. Баронесса ласково погладила ее по плечу. Ее голос звучал мягко и успокаивающе, но, тем не менее, она ничего не сделала, чтобы расстегнуть ремни.

– Это необходимо, Линет. Пожалуйста, постарайтесь расслабиться. Скоро это закончится. Я обещаю вам.

Линет не интересовали ее обещания. Ее не интересовало вообще ничего, кроме того, чтобы освободиться от этих пут, крепко прижимавших ее тело к столу. И еще ей хотелось остановить поток горьких слез, которые бежали по ее щекам. Нет, она не кричала. Она продолжала хранить стоическое молчание даже тогда, когда этот омерзительный доктор прикоснулся к ней.

Он начал с осмотра ее волос.

– Вшей нет. Отлично. – Потом он провел рукой по ее лицу. – Никаких прыщей и шероховатостей, но вы об этом и так знаете, я думаю. – Его руки последовали ниже, коснулись ее плеч, сжали ей предплечья, притронулись к грудям – Прекрасные формы. Никаких деформаций. Красивая грудь. – Смайт помедлил, затем поочередно пощупал ее груди.

Линет сжала губы, едва сдерживаясь, чтобы не вскрикнуть.

– Что такое, доктор? – спросила баронесса. Он снова пощупал и легко сжал груди девушки.

– У нее груди разных размеров, – произнес он, пожевав губами. – Это очень часто встречается, но ее левая грудь на размер больше правой, а это нетипично. – Он взглянул на Линет. – Вы, должно быть, левша. Мышца под вашей левой грудью более развита, чем мышца под правой грудью. – Он придавил руками грудную клетку девушки, чтобы доказать свои слова. – Вам следует развивать мышцы правой стороны, чтобы сгладить это различие. – Смайт умолк и, нахмурившись, добавил: – Однако виконт, возможно, пожелает усилить эту разницу. Осмелюсь сказать, что многих джентльменов такая аномалия интригует. Баронесса кивнула.

– Я запишу это, чтобы обсудить потом с виконтом.

Врач был доволен тем, что она прислушалась к его мнению, и вернулся к своему обследованию. Не сказав ни слова, он вдруг схватил кожаную плетку и ударил Линет по животу. Девушка закричала от боли, испытывая невероятную ярость от такого предательства. Она уже почти поверила, что ей не лгали, что это был всего лишь медицинский осмотр и ничего более. Как же она ошибалась!

Линет рванулась со стола, чувствуя, как ремни врезаются в тело, и снова попыталась освободиться.

Бесполезно. От бессилия она заплакала.

Когда Линет выдохлась, врач как ни в чем не бывало, продолжил обследование.

– Простите меня, – сказал он. – Это было необходимо для того, чтобы увидеть вашу реакцию. – Он взглянул на баронессу и, обращаясь к ней, пояснил: – Девушка не привыкла к тому, чтобы ее били в самые уязвимые места. – Вздохнув, он указал на след, оставшийся на коже. – У нее легко могут возникать синяки. Даже ссадины. – Смайт покачал головой. – Это очень плохо. – Он посмотрел на Линет, полагая, что изображает на своем лице ободряющую улыбку. – Но не беспокойтесь об этом. Существует множество способов укрепления кожи. Я думаю, что они вам уже известны. Судя по состоянию ваших рук, я могу заключить, что вас уже били прежде.

Линет покраснела от стыда. Ее отец редко впадал в неистовство, однако такое все же случалось. Именно таким способом он внушал домашним необходимость придерживаться пути, предначертанного Богом.