— Синтия считает, что ты говоришь мне о любви лишь для того, чтобы получить от меня кое-что. Она утверждает, что ты можешь рассчитывать на благосклонность любой девушки, поскольку богат и красив.

— Но мне не нужна другая девушка, Салли Кинкейд, — горячо проговорил Клей. — Я полюбил тебя, едва увидел твои ясные глаза и белокурые локоны. — Его рука проскользнула ей за корсаж, и он начал ласкать грудь Салли. — Я с ума по тебе схожу. Позволь мне заняться с тобой любовью.

— Мы не должны этого делать, Клей, — прошептала Салли. — Так не годится. Именно в этом они нас обвиняют, — возразила девушка, но прикосновения Клея были так приятны ей, что она не хотела, чтобы он останавливался.

— Нет, все нормально, если мы любим друг друга, Салли. Ведь ты любишь меня, не так ли?

— Да! Я люблю тебя. Клей!

Он прижался губами к ее губам, а потом его язык проник во влажное тепло ее рта. Салли едва дышала, когда Клей отпустил ее.

— Тогда позволь мне овладеть тобой, — шептал он. — Я жду этого с момента, когда впервые увидел тебя. Я не в состоянии дольше терпеть, дорогая. — Он стянул с ее груди лиф. — В этом нет ничего дурного, ведь ты станешь моей женой. — Клей принялся ласкать языком ее сосок, по телу Салли пробежала дрожь. — Просто доверься мне, дорогая. Если любишь меня, то доверься…

Закрыв глаза, Салли даже не пыталась сопротивляться, когда он поднял вверх ее юбку.

— Да, Клей, я люблю тебя, — прошептала она. — Я доверяю тебе.

Не теряя времени, он снял с нее панталоны…

Сразу после уроков Синтия пришла в вагон Кинкейда. Дэйв работал за столом.

— Ну как? Поговорили с Салли? — нетерпеливо спросила она.

— Что ты хочешь этим сказать? — удивился Дэйв. — Я не видел ее после того, как ушел от тебя утром.

Синтия удивленно пожала плечами:

— А я была уверена, что она хочет поговорить с тобой.

— О чем?

— Разумеется, о Клее Боннере!

— А что тут обсуждать? По-моему, мы уже все друг другу сказали.

— Дэйв, ты должен иначе взглянуть на эту проблему или никогда не решишь ее.

— Син, Салли высказалась предельно ясно. Она будет делать что хочет, нравится мне это или нет.

— Понятно. Но вы не должны сердиться друг на друга. Ты должен постараться понять ее.

— Не думаю, что в ближайшее время мы сможем поговорить нормально.

Синтия присела на край его стола.

— А какая проблема у Шона? Опять испорчена колея? — переменила она тему разговора.

— Опять… Пропали рельсы и шпалы. Если мы не призовем на помощь закон, этот чертов Боннер разорит Роки-Маунтейн-Сентрал. Слишком много мы переплачиваем за рельсы и труд рабочих.

— Но ты, кажется, поставил караульных у колеи?

— Да, но рельсы исчезли на границе между нашей землей и их. Чертов Боннер, видимо, сбросил их в реку.

— Да, тебе нелегко приходится, — заметила Синтия.

— Дорогая, это же настоящий вандализм! Мы не можем тратить столько денег на рельсы и жалованье рабочим! Рейберн предложил нанять стрелков, но мне кажется, надо еще раз поговорить с Боннером.

— А что думает по этому поводу Бет?

— Она тоже не хочет, чтобы проливалась кровь. Но мы не можем допустить, чтобы это продолжалось.

Синтия пересела на колени к Дэйву, наслаждаясь прикосновениями его рук.

— Придешь вечером пообедать?

— Не знаю, слишком много дел, но думаю, меня можно уговорить.