Изменить размер шрифта - +
Синтия почувствовала себя уязвленной: очевидно, эта женщина много значила для Дэйва.

— Какого черта вы роетесь в моих вещах?! Услышав за спиной резкий крик, Синтия едва не выронила фотографию. Дэйв быстро подошел и вырвал снимок у нее из рук.

— Я и не рылась, Дэйв, — оправдывалась Синтия. — Мне было просто любопытно. Эта женщина очень красивая. Кто она?

— Если бы я счел, что вас это касается, то непременно сообщил бы вам. — Дэйв поставил фотографию на прежнее место. — Буду вам признателен, если вы немедленно уйдете отсюда. — Задернув занавески, Кинкейд сел за стол.

— Мне надо кое-что обсудить с вами, — заявила девушка.

— Меня интересуют лишь вещи, связанные с железной дорогой, мисс Маккензи. Кроме того, я принял решение, как можно скорее отправить вас в Денвер и не желаю больше выслушивать ваши возражения по этому поводу. — Взяв в руки какие-то листки, Дэйв стал просматривать их.

— Насколько я поняла, девочкам не позволяют ходить в школу, — настойчиво проговорила Синтия.

— Верно, — буркнул он, посмотрев на нее.

— А разве компания не оплачивает работу учительницы?

— Оплачивает, — коротко произнес Дэйв, не удосужившись посмотреть на собеседницу.

— Когда мой отец думал об образовании детей своих рабочих, ему, уверена, и в голову не пришло, что девочкам не будет дозволено ходить в школу. Это вы решили, что учиться будут только мальчики?

Дэйв раздраженно положил бумаги на стол.

— Нет, не я, мисс Маккензи. Детей слишком много, поэтому рабочие сами решили, что мальчикам учиться важнее, чем девочкам. Кстати, школа переполнена.

— Не сомневаюсь, что рабочими вы называете только тех, кто занят на строительстве этой дороги, — язвительно заметила девушка.

— Нет, мисс Маккензи, это решение приняли все работники Юнион-Пасифик, — с сарказмом произнес он.

— Не могу поверить, что отец был согласен с таким решением. Тем более что у него самого было три дочери.

— Я никогда не обсуждал это с ним.

— Что ж, раз эта мисс О'Лири не в состоянии справиться со всеми детьми, по-моему, разумно будет пригласить еще одну учительницу. — Дэйв встал.

— Послушайте, леди, у меня нет времени на то, чтобы заниматься социальными проблемами рабочих и их детей.. Если человек считает возможным привезти сюда семью, он должен быть готов к определенным жертвам.

— На самом деле жертву приносит не рабочий, а его дочь — ведь это ее лишают возможности учиться. Боже мой, Кинкейд, это тысяча восемьсот семьдесят девятый год, а не темное средневековье!

Дэйв наклонился к ней через стол, глаза его сверкали.

— Моя задача — построить дорогу.

— И тем не менее меня подобное положение не устраивает, поэтому я собираюсь что-нибудь предпринять, — заявила Синтия.

— Это не ваше дело, — оборвал ее Дэйв. — Советую вам…

— Плевать я хотела на ваши советы, Кинкейд, как и вы — на мои! — И, резко повернувшись, Синтия выскочила из вагона, с треском захлопнув дверь. Она подумала, что уходить таким образом от Дэйва стало привычным для нее. Вот только драматизм картины портила ее временная хромота.

Как только последний мальчик вышел из вагона, служившего классом, Синтия вошла в него, чтобы поговорить с Лидией О'Лири. Увидев, сколько мальчишек выбежало из вагона, девушка поняла, что учительница не преувеличивала, когда говорила о своей загруженности работой. Но решение проблемы все равно должно быть найдено — девочки должны получать образование.

Быстрый переход