— Коллеги очень похожи на масонов, господин президент. Об их принадлежности Колледжу во внешнем мире никому не известно. Они могут работать на высших постах в правительствах разных стран, в исследовательских институтах, университетах или международных органах, где угодно — всюду, где занимаются чем-нибудь важным, где решаются судьбы стран. Это глаза и уши Магистра и Арбитров.

— А Магистр? В его руках сходятся все нити?

— Да, — подтвердил Колдуэлл. — Он сидит в центре огромной информационной системы, которую строили столетия. Информация приходит к нему не только от Коллег. Я не сомневаюсь, что у Магистра есть возможность доступа к базе данных любого компьютера в мире, каким бы секретным он ни был. Любой Коллега знает лишь свой участок работы, и ему не известно, чем занимаются другие. Вот так Колледж сохраняет свои тайны. Это очень умная система. На аналогичном принципе построены сегодня ячейки террористических организаций. Предательство одного не может разрушить всю структуру.

Колдуэлл объяснил, что, хотя Колледж призван консультировать глав государств в интересах поддержания мира во всем мире, его интересуют не только военные вопросы. Коллеги постоянно следят за всеми областями человеческой деятельности. Генетика, права человека, преступность, экология, космическое пространство, медицина, экономика, политика, фондовые биржи и многое другое содержится в базе данных Колледжа, на ее основе Магистр дает советы главам государств, больших и малых, независимо от политических убеждений. Колледж — самое влиятельное учреждение, существующее в мире. Причем влияние его внешне неощутимо. Он вроде ангела-хранителя, бдительно следящего за деятельностью человечества и вовремя предупреждающего об опасности.

— Я думаю, — закончил он, — что их компьютеры даже более совершенные, чем наши.

Президент Дейвисон посмотрел на него с интересом и улыбнулся:

— Джек, а вы сами, случайно, не Коллега?

Колдуэлл пожал плечами:

— Коллегой может оказаться любой. Директор ЦРУ, председатель Верховного суда, председатель федерального резерва — все они могут быть Коллегами. Лишь Магистр может раскрыть, кто есть кто, но, насколько мне известно, в истории подобного не случалось.

Дейвисон постучал пальцами по подлокотнику сиденья.

— А злоупотребляет ли Колледж своей властью?

Колдуэлл усмехнулся:

— Лично я такую возможность полностью исключаю. Колледж твердо придерживался своих принципов несколько столетий. Однако очень многое зависит от личности Магистра и чистоты рядов Колледжа. Как все учреждения на земле, он не является совершенным. Достаточно, чтобы в кучу попало одно гнилое яблоко, и она вся скоро начнет гнить. И все-таки, полагаю, Колледж организует работу правильно. Там наверняка существует надежная система сдержек и противовесов, и конструкция может рухнуть, только если коррупционером окажется сам Магистр. А это маловероятно.

— Надеюсь, в Магистры случайные люди не попадают, — заметил Дейвисон и добавил, понизив голос: — А нельзя ли добыть о Колледже больше информации?

Колдуэлл понял, что имеет в виду президент. Можно ли заслать в Колледж своих Коллег, хотя бы одного-двух? Чтобы они там как следует поработали и развернули учреждение в нужную для США сторону. Точно так же, как происходит почти с каждым «мозговым центром» и консультативным учреждением по всему миру. Подобные вопросы задавали Колдуэллу и предшественники Дейвисона, а некоторые страны даже пытались в таком направлении что-нибудь сделать, но безуспешно.

— Это было бы серьезной проблемой. В ЦРУ имеется подробная информация о структуре Колледжа, есть детальные фотографии острова Тира и Колледжа, сделанные со спутников, но толку от них мало. Надо проникнуть внутрь системы, а это практически невозможно, подобно тому как невозможно внедрить своего агента в закрытый монашеский орден.