|
Если твой папа спросит, чего бы нам хотелось, передай, чтобы он не беспокоился ни о чем. Будет отлично, если он просто подарит определенную сумму денег. Я не говорила бы об этом, но Лестер боится, как бы твой папа не прислал нам какое-нибудь редкое марочное вино, как это было с его предшественником в Испании. Наши друзья не оценят его по достоинству, а мы не пьем так много, Лестер предпочитает эль, ну а я, как ты знаешь, сейчас почти совсем не пью.
– Отлично. Я предупрежу папу, чтобы он не искушал тебя. – Жаль, что он не сможет узнать заранее. Деньги были бы весьма кстати сейчас. Я использовала бы их на белье. Ты же знаешь, женщине хочется иметь что-то особенное на медовый месяц. Хелена поняла намек и выписала чек на сто фунтов стерлингов от имени своего отца. Она решила, что это как раз подходящая сумма для старого служащего типа Гейджхота. Она записала время свадьбы, адрес, где будет проходить венчание, и уехала. По пути домой, ей пришло в голову, что некоторые из ее знакомых дам уже определили свою судьбу, в то бремя как она все еще оставалась неустроенной. Хелена страстно желала найти, наконец, подходящего мужчину и стать замужней женщиной, но почему-то никто, с кем она встречалась до сих пор, не нравился ей по-настоящему. Рутледж – приятный джентльмен, герцог, но не тот, кого она могла бы назвать выдающимся, и вряд-ли он когда-нибудь им станет. Пожалуй, Северн более остальных подходил на эту роль. Он, кажется, спустился с заоблачных высот. Довольно мило с его стороны организовать поездку в Брайтон ради ее удовольствия. Хелена вернулась на Белгрейв-сквер и рассказала леди Хедли о предстоящем замужестве миссис Петрел-Джоанз. – Свершилось! – воскликнула она. – Бракосочетание•объявлено! – Моя дорогая, неужели ты хочешь сказать, что Северн дошел до последней черты? Я никогда не думала, что у него есть практическая смекалка, и никоим образом не была уверена, что ты удовлетворишься им, ведь ты всегда говорила о любви к какому-то выдающемуся человеку. Хотя я, лично, считаю, что эти два понятия несовместимы. Ну сама подумай, кто смог бы полюбить лорда Ливерпуля или кого-то из королевских герцогов у нас в Англии? Хелена в замешательстве уставилась на нее: – Эдвард? И я? О, нет, Madrina. Ты неправильно поняла меня. Я говорю о миссис Петрел-Джоанз и Гейджхоте. Откуда у тебя возникла мысль о… – О, дорогая, он старался изо всех сил превзойти Рутледжа. Почему, ты думаешь, он выбрал для поездки в Брайтон следующую неделю? – Полагаю, это – единственный день, когда он свободен. – Это – единственный день, когда он уверен, что Рутледжа здесь не будет. Скачки в Нью-Маркете. Эдвард понимает, что Рутледж – сильный конкурент. – Неужели? – спросила Хелена, поджав губы. – Да, он даже послал в чистку обручальное кольцо, чтобы окончательно добить Рутледжа. Piece de resistance, как видишь он и сам бы отвез кольцо, но у него заседание. Хелену взбесило поведение Северна. И он еще смел разглагольствовать насчет оплаты гостеприимства Рутледжа! Северн подготавливал поездку вовсе не для того, чтобы доставить удовольствие ей, а чтобы привести ее в хорошее настроение и добиться от нее согласия на брак. Он чувствовал, что она и ее состояние выгодны для его политической карьеры. И он даже не удосужился лично отвезти кольцо! – А не упоминал ли он, что безумно влюблен в меня, мэм? – Он не сказал «безумно». Но когда я спросила его, он ответил утвердительно. Я в восторге, дорогая. Ты ничуть не испанка по манерам и так хорошо обеспечена. Северн всегда обращает внимание на платежный баланс. Это его работа. И Хедли будет в восторге. Комментарии леди Хедли совершенно вытеснили новость об успехе Мальверна из памяти Хелены. |
