— Я тоже так думаю. Рад, что она тебе понравилась, — сказал он как бы мимоходом. — Между прочим, твой португальский вполне сносен. Будь я на твоем месте, я бы сосредоточил усилия на расширении запаса слов и использовал каждую возможность для общения на языке.

Было совершенно очевидно, что он не хочет продолжать разговор об Инез. Как только автомобиль тронулся с места, Николас принялся описывать ей окрестности.

Это была прекрасная поездка. В течение получаса они мчались вдоль бесконечных зарослей цветущих кустарников и высоких молодых деревьев, сплетенных одно с другим длинными побегами дикого винограда и усеянных огромными пурпурными и желтыми гроздьями цветов. За видневшейся изгородью поднималась полоса коркового дуба, которая граничила с имением графа де Кастро.

На обратном пути они миновали взлетно-посадочную полосу, а затем проследовали по мощеным улицам городка. Возвратившись к набережной, Николас притормозил.

— Пойдем посмотрим, как рыбаки спускают в море лодки, — предложил он.

Они подъехали к берегу в тот самый момент, когда в лениво плещущие волны соскользнула четвертая лодка. Рыбаки ухмылялись и ловко влезали на борт. Поистине впечатляющим представлялось зрелище, когда они, ритмично и согласованно работая веслами, отчалили от берега, отпуская добродушные замечания в адрес провожавших их детей.

Юная поросль, преимущественно мальчишки, повыпрыгивала из воды, как стайка мокрых черных тюленей, и занялась буйными, словно напоказ, играми в догонялки.

Улыбаясь, Николас заметил:

— Они дурачатся подобно мальчишкам всего мира. Не будем обращать на них внимание, а то они еще больше разойдутся. Тебе не хотелось бы пройтись по берегу до Каза-Венуста?

— По каменным валунам? Я не знала, что это возможно.

— Вполне возможно, причем это будет гораздо быстрее, хотя и потребует дополнительных усилий.

— А как же ты возвратишься к машине?

— Тем же путем. Мне в любом случае придется возвращаться к причалу, чтобы встретить судно.

Для Клэр эта прогулка оказалась более чем игрой, особенно когда усилился ветер и охладил воздух. Итак, она кивнула и последовала за ним, ступая с одного валуна на другой, останавливаясь, когда он замедлял шаги, чувствуя морские брызги на лице и шее.

Удивительно быстро они добрались до вырубленных в камне ступенек перед домом. Запыхавшись, Клэр прислонилась к стволу дерева перед Каза-Венуста и постояла некоторое время, обмахиваясь шляпой.

— Все хорошо? — спросил он.

— Прекрасно. Поистине великолепно — так же хорошо, как когда-то в Англии! — воскликнула она. — В ближайшее время я повторю это.

— Уговори Инез составить тебе компанию, — предложил он. — Теперь, когда ты рядом с нею, ей нет никакой надобности таскать с собой старую Энрику повсюду, куда бы она ни направлялась. Непомерные пропорции этой женщины мешают даже их поездке в город на машине.

Николас взглянул на часы.

— Ты не боишься идти дальше одна?

— Конечно нет, но Инез, наверно, хотела бы видеть тебя.

— Сомневаюсь, — ответил он поспешно.

— Хорошо, тогда… огромное тебе спасибо, Николас.

Он помахал ей рукой и вскоре исчез из виду. Разгоряченная экскурсией, Клэр поспешила по тропинке, ведущей между подстриженных кустов к широкой веранде, даже не подозревая, как ярко сияют ее глаза, а щеки полыхают огнем, как разметались от ветра ее светлые волосы и раскраснелись ее нежные губы. Когда Инез возникла из тени виноградной лозы, Клэр остановилась, улыбаясь.

— Я не слишком долго отсутствовала? — спросила она по-португальски.

— Не больше часа, — последовал ответ.