Она могла рассмеяться и сказать: «Я бы никогда не попросила Мануэля остановиться, если бы знала немного больше об очистке початков кукурузы от шелухи! Бедный Николас! Ему досталось больше всех!»

На что Инез скорее всего ответит: «Это ровным счетом ничего не значит, Клэр, — просто забава, как объяснил Николас».

И в то же время обе они вряд ли смогут забыть, что он не отвел в сторону свои губы. Клэр было интересно, не собирался ли он доставить этим самым боль Инез, а может быть, просто хотел показать, как легко относился к поцелую. Было бы все-таки гораздо лучше, если бы Николас повернулся к ее губам щекой.

Какая получилась глупость! Клэр бродила в одиночестве, решив не заходить в тень крытого корта, где мужчины играли в теннис, и направилась по усыпанной мелкой ракушкой тропинке к морю. Скверное настроение и возраставшая депрессия сковали ее чувства, доводя до отчаяния. Она спустилась на набережную, нашла уголок, созданный песком и каменными нагромождениями, и присела, с сожалением размышляя о Мануэле, Инез и Николасе.

Возвращаясь обратно, Клэр едва не столкнулась с хозяином замка.

— Где вы были? — резко спросил он. — Мы беспокоились за вас. Что вы здесь делали с самого ленча?

— Отдыхала на пляже.

Граф помолчал, а затем произнес:

— Исчезать подобным образом довольно странно. Почему вы не остались с Инез?

Клэр смахнула пальцами песок со ступни своей босой ноги.

— Предпочла побыть в одиночестве.

— Уединение, если кто-то несчастлив в любви, усугубляет одиночество, не так ли?

У нее не было настроения противоречить ему или спорить с ним.

— Да. Я бы сказала, что это так и есть.

— По крайней мере, вы искренни, — сказал Мануэль жестко. — Николас — счастливый человек, имея столь привлекательную подопечную, которая так благодарна ему за его благосклонность.

— Но, Мануэль, — сказала она в отчаянье, — между мной и Николасом не возникло ничего нового. Мы оставались друзьями все эти многие годы. Я целовала его и раньше… вернее, тогда, когда еще не стала взрослой… и он никогда не будет рассматривать это по-иному. Я абсолютно уверена, что все останется по-старому.

— По-старому? — его рот и глаза были теперь жестокими, а совсем не насмешливыми. — Но мы же видели — или мы, по-вашему, ослепли? — что после вашего милого прикосновения он погрузился в молчание, ел без аппетита, да и в теннис играл с полным безразличием! И что было причиной всего этого, как вы думаете? Мне кажется, сеньорита, что ваше приземление на Святой Катарине не стало счастливым днем по крайней мере для нескольких лиц!

Его слова были как гром среди ясного неба. Она механически продолжала идти с ним рядом, ощущая, что воздух все еще каким-то образом наполняет ее легкие и покидает их. Высокий и прямой, он прошел рядом с ней по главной лужайке в сторону Кастело. Внутри, в холле, они встретили Инез и других.

Мануэль посмотрел куда-то выше головы Клэр, а затем откланялся:

— Извините меня. Мне нужно распорядиться о напитках.

Клэр осталась неподвижной, чувствуя себя подавленной, окруженной туманной стеной горечи и несчастья. В результате в голове возникла совершенно ясная перспектива: пройдет много времени, прежде чем она снова окажется в Кастело де Кастро.

Глава 7

Следующая неделя казалась бесконечной.