Тушу не стали трогать с места — там же и расположились на ночлег. Вырезали лучшие куски и жарили. Никто не мог поверить, что простой стрелой можно убить такого Минотавра. Костик уверял, что у быка случился разрыв сердца. Это только кажется, что они неуязвимы, на самом деле, многодневный стресс, боль и одиночество могут убить животное. Особенно, если он был вожаком стаи.

— Порядочно достанется мясца твоит сородичам. — добродушно пошутил Костян над Вороном. Тот промолчал. Его храбрый поступок тоже был оценён: Ворона хвалили. Только у Вещуна по мере приближения развязки всё больше портилось настроение.

— Вещун, а что там за чудовища охраняют башню? — вспомнил вдруг Федюня.

— Я говорил вам о чудовищах?! — удивился Ворон.

Все подтвердили, что говорил.

— Наверно, пьяный был, не помнишь. — пожалел его Вавила.

— Ещё чего! — возмутился Ворон. — Вещун никогда и ничего не забывает! А что я говорил про них?

— Да ничего. — пожал плечами Долбер. — Чудовища — и всё тут!

— А! — Ворон сник.

— Хоть я и не вещий кот, но могу сказать вам так. — проговорил Вавила. — Судя по всему, эта отвратительная местность — одна из зон, заражённых Сидмуром. Отсюда вывод: нам предстоит сражаться с вурдалаками.

— Ох! — ужаснулся Долбер.

Костян и Федька непонимающе переглянулись.

— Я так надеялся, что их уничтожили волшебники! — удручённо признался Ворон.

Они молчали, даже мясо в рот не лезло. Любая рана, нанесённая когтем вурдалака заражает его ядом! Пусть даже у волшебников есть средство! Но, до них о-го-го как далеко!

— А, главное, его нельзя убить обычной сталью. — мрачнее тучи обронил Долбер. — И наши жалкие клинки тут бесполезны. Мы загубим лошадей и сгинем сами.

— Зачем же ты привёл нас, Вещий Пустобрёх?! — гневно спросил у Ворона Костян. — Разве ты не знал, что дело бесполезно?!

— Прекратите обзываться! — не на шутку разозлился Ворон. — Да, я Вещун! И, пусть будет вашим милостям известно — не напрасно! И, если я в угоду вам нередко ломался под шута, то пусть не смущает вас некоторая одиозность в моих манерах! Так вот, я предпочёл бы трижды сдохнуть, чем послать вас всех на гибель без надежды! Но, я вам заявляю твёрдо: я — Вещун! И я провещеваю вот что: не знаю как, не знаю отчего, но вурдалаки все погибнут, а вы все будете целы!

— Да, — дрогнувшим голосом подтвердил Долбер. — этих тварей нужно уничтожить. Они пожрали всё в округе. Теперь они станут расползаться по Селембрис. А это значит, что начнётся новая волна заражений. Будет много жертв. Только я себе не представляю, как мы сделаем это! Волшебники били их молнией, уничтожали серебром! А у нас один на всех дивоярский меч! Не пойдёт же Лён в одиночку!

— Дай-ка мне твой меч, Константин. — тот вдруг прервал своё молчание.

Лён взял клинок и со свистящим звуком провёл дивоярской сталью по лезвию меча туда-сюда. Потом перевернул и сделал то же с другой стороны. И меч Костяна засиял! Костик охнул и схватил свое новое оружие. Подскочил к громаде турьей туши и с одного удара перерубил толстенную шею!

— Я никогда такого не видал! — в восторге крикнул он. И танцевал от радости.

* * *

— Лыцари! — истошно завопил на рассвете чей-то хриплый голос. — Пора идти в атаку!

Пьяный в дупель Ворон сидел верхом на зайце, с чайной чашкой на башке, с морковью, насаженной на палку, и репой вместо булавы.