Второй напиток был сладковатый и пах медом. Однажды он услышал, как Оливия, приподняв его голову, обратилась к нему:

— Ну, будьте умницей и выпейте этот отвар из трав. До дна, до дна… вот так, очень хорошо!

Конечно, она и не подозревала, что он ее слышит. Но теперь, восстанавливая в голове долгие дни и ночи беспамятства, герцог начал припоминать, что Оливия постоянно разговаривала с ним, даже тогда, когда он метался в жару. Он вспомнил тонкий запах лаванды, который исходил от ее рук, удерживающих его, баюкающих, кормящих, перевязывающих рану.

— Да, мне действительно лучше! — повторил герцог сам себе. — Когда вернется Хиггинс, я попрошу, чтобы он принес чего-нибудь поесть. Чем быстрее я встану на ноги и войду в курс всех дел, тем лучше!

Впрочем, это скорее походило на браваду! На самом деле герцога томил страх — страх вернуться в этот странный и враждебный мир. Все, что там творилось, было ему непонятно и чуждо.

Он не хотел возвращаться. Гораздо приятнее опять окунуться в темноту, в сон, в беспамятство, где не было всех этих мучительных проблем.

Рядом раздался детский голос:

— Ты на самом деле спишь или только притворяешься?

Герцог с усилием открыл глаза. Вэнди стояла возле кровати, держа в руках свою драгоценную Эмму. На ней была шляпка, красиво обрамляющая ее личико и пушистые локоны.

— Ты … куда-то … собираешься?

— Да, меня пригласили на обед. Там будут еще две маленькие девочки, такие же, как я. И Эмма тоже идет со мной. А сейчас мы пришли с тобой попрощаться.

— Желаю… хорошо … провести … время! Надеюсь, там будет весело! Миссис Бэнкс испекла для нас вкусный торт!

Герцог улыбнулся.

Вэнди погладила его руку.

— Бесси говорит, что когда ты поправишься и вернешься к себе, миссис Бэнкс уедет во дворец, и у нас опять нечего будет есть!

— Нет, такого не будет, — твердо пообещал герцог.

— И у меня никогда больше не будет пустой животик?

В глазах девочки застыл знак вопроса.

— Я обещаю … никогда!

Лицо Вэнди озарилось светом, который, казалось, хлынул изнутри.

— Ты обещаешь? Ты обещаешь?

— Обещаю!

Она нагнулась и поцеловала его в щеку.

— Спасибо тебе! Спасибо! И Эмма тоже благодарит тебя!

Девочка взглянула на дверь.

— Мне пора! Если Бесси найдет меня здесь, то она рассердится и расскажет обо всем Оливии.

— Тогда беги! Но приходи… ко… мне… снова… и поскорее!

— Приду! — пообещала Вэнди и выбежала из комнаты. Герцог слышал, как она сбежала по ступенькам вниз.

С некоторым недоумением он поймал себя на мысли, что дал ребенку обещание и будет обязан выполнить его. Но затем отбросил эту мысль в сторону. Думать не хотелось. Он закрыл глаза и постарался заснуть.

Платье, которое купил ей Джерри, было белое. Низ и рукава отделаны каймой из букетов подснежников. Оливия впервые одевала декольтированное платье и беспокоилась только об одном, не посчитают ли нескромным такой вырез. Когда она спустилась вниз, Тони с восхищением уставился на нее, провозгласив, что она очень обворожительна.

— Ты тоже хорош собой! — сказала она ободряюще брату. Но не забывай, что сегодня мы с тобой представляем семью, членов которой никогда раньше не приглашали в дом леди Шелтон.

— Да уж, потрясающее событие! Нечего говорить! Думаю, ты права: леди Шелтон считает, что Джерри станет следующим герцогом!

— Тогда ее ждет тяжелое разочарование! По словам Бесси, рана у герцога уже полностью затянулась, и он уже почти пришел в себя.