Беренис лишний раз хотела напомнить, что не по собственному желанию отправляется с ним на премьеру.

— Ты как всегда права, — ответил Гай беспечно и, улыбнувшись Китти, кивнул ей. — Приятно было познакомиться.

Беренис посмотрела на подругу и заметила, что та покраснела, как школьница, и даже немного сконфузилась. В том, что Гаю была дана такая власть над женщинами, было что-то несправедливое.

— Желаю вам приятно провести вечер, — провожая их до двери, пролепетала на прощанье Китти.

— Постараемся изо всех сил, — ответил ей Гай игриво, но, поймав на себе суровый взгляд Беренис, добавил: — Однако не ручаемся.

Несмотря на то, что было только начало марта, вечер выдался на редкость теплый и безветренный.

Садясь в эффектную спортивную машину бывшего мужа, Беренис пыталась подсчитать положительные моменты своего положения: отсутствие ветра, отсутствие обручального кольца… К тому же на вечеринке она сможет потеряться, исчезнуть, спрятаться от Гая и появиться, когда придет время ехать домой.

— Ну и как старик Билл отреагировал на замену его мною? — спросил Гай, останавливая машину на светофоре.

— Его это не обрадовало. Но я обещала выпить с ним на вечеринке.

— Он что, все равно собирается там быть?

— Конечно. А как насчет твоей подружки? Она тоже там будет? — осмелилась дерзко спросить Беренис.

— О какой подружке ты говоришь? — бросив на нее свой пронзающий взгляд, спросил Гай. — У меня никого нет.

А как же Чармиан? Неужели она никогда не ревнует? — хотела спросить Беренис, но передумала.

— Знаешь, поскольку между нами нет ничего серьезного, нас не должна трогать глупая газетная болтовня. В конце концов, это работа. И переживать нам не стоит, — продолжал Гай.

— Говори только за себя, — раздраженно сказала она и вдруг солгала: — Между прочим, Билли очень огорчился.

— Значит, между вами что-то серьезное?

— Я же говорила тебе, что мы в достаточно близких отношениях.

— Что ж, прости, если из-за Билли я не перестану хорошо спать по ночам.

Беренис отвернулась и, глядя в окно машины, пыталась понять, почему солгала о связи с Билли. По непонятным причинам она не хотела признаться в том, что со времени развода у нее не было ни одной серьезной сердечной привязанности.

Вскоре на фоне вечерней глубокой синевы неба возникло здание театра, залитое огнями. Беренис внутренне собралась, чтобы быть готовой к атаке репортеров и фотографов.

Вход в театр был огражден веревками, сдерживающими толпу. Из подъезжающих одна за другой машин выходили популярные актеры и под выкрики и свисты толпы шли по красной дорожке ко входу в театр. Робкая по своей природе Беренис всегда ненавидела подобные события. Она не смущалась быть в центре внимания, когда играла роль или самозабвенно исполняла песню, но когда ей приходилось быть самой собой и не за что было спрятаться, ее сковывала неловкость. Ей трудно было поверить, что кому-то может быть интересно то, что она говорит или чем занимается в своей жизни. Откуда у других берется умение вести себя в подобных ситуациях, оставалось для нее загадкой.

— Тебя до сих пор воротит от всего этого? — спросил Гай и с сочувствием посмотрел на спутницу, отчего она невольно вспомнила, сколько раз он поддерживал ее в таких случаях теплым словом или обхватывал надежной рукой плечи, так что все страхи отступали. За его обаянием и уверенностью она чувствовала себя защищенной.

— Со мной все в порядке, — вскинув голову, ответила она.

Они вышли из машины и оказались в тесном кольце репортеров.