Тот пожал плечами.

— Да газеты вообще часто лгут. Например, я недавно прочел в одной, что тебе тридцать один год, Беренис. Ничего себе, да? Ведь мы все прекрасно знаем, что тебе двадцать семь.

Беренис увидела, что мама явно собиралась сказать, что это правда, но затем передумала. Видимо, решила, что в данной ситуации лучше промолчать.

А глаза Гая лучились весельем.

Он прекрасно знает, сколько мне лет, подумала она с раздражением.

— Оставь в покое мой возраст, — попросила Беренис. — Пожалуйста, подтверди родителям, что газеты врут и мы просто работаем вместе. Так? А то им могло показаться что-то другое.

— Да, мы снова работаем вместе, — покорно согласился Гай и тут же поменял тему: — Знаете, а Беренис права — пахнет восхитительно. Неужели ты испекла что-то вкусненькое, Луиза?

— Да! Твой любимый яблочный пирог! — Сказав это, довольная Луиза направилась в кухню.

Беренис поспешила за ней следом. Она хотела продемонстрировать, что ей рядом с Гаем нечего делать, но когда мать сноровисто открыла духовку, она вдруг подумала об отце.

— Ты говорила, что отцу стало лучше. Но, кажется, он еще сильнее похудел.

— Аппетит у него в последнее время плохой. Но я думаю, это дело временное — нелегко осознавать, что пришло время болезней. Ты помнишь, какой он всегда был подвижный. Он же ненавидит сидеть на месте — всегда что-то пытается делать. Какой из него больной! Сложный пациент, как говорит врач.

— Могу себе представить. — Беренис кивнула. — Если бы я не была так завязана с этим фильмом, я бы приехала, помогла…

— Да что ты! Я отлично справляюсь. Врачи говорят, что пока он принимает лекарства, с ним все будет хорошо. — Луиза выложила на блюдо пирог, и запах яблок и корицы окутал Беренис. Она просто купалась в любимых с детства запахах. — То, что ты сегодня привезла Гая, его очень взбодрило. Ты знаешь, я давно уже не видала, чтобы он так светился от радости.

Беренис нахмурилась.

— Но я не хочу, чтобы он ошибался в отношении нас с Гаем. Я же сказала: между нами ничего нет.

— Ну, видно будет. — Мать улыбнулась. — Как ты думаешь, Гаю понравится мой клюквенный напиток?

Беренис в полном отчаянии уставилась на мать. Почему она отказывается ее слушать и понимать?!

— Гай стал другим, мам. Он изменился. Это не тот человек, за кого я выходила замуж. Ничего нельзя вернуть, понимаешь?

— Не так уж я изменился. — Шутовской голос бывшего мужа, возникшего в дверях, заставил их обеих вздрогнуть. — И у меня все те же пристрастия. И уж конечно, я по-прежнему люблю фирменный клюквенный напиток Луизы.

Сердце Беренис заныло, когда она увидела, как нежно посмотрела мать на Гая. Зачем он это все делает?

— Я все еще храню его в гараже. Гай, сделай одолжение, принеси пару бутылочек, — сказала ее мать счастливо.

— Конечно, сейчас принесу.

Беренис посмотрела, как Гай вышел через заднюю дверь и, после секундного колебания, последовала за ним.

Мелкий дождь сначала чувствительно забарабанил по голой коже, а потом вдруг припустил. Его плотная стена затуманила весь вид перед глазами, когда Беренис бежала по мокрой скользкой траве к гаражу.

Удивительно, это строение когда-то было большой частью мира маленькой Беренис. Ее всегда тянуло в какие-то таинственные места, и именно таким ей представлялся в детстве гараж, где было много интересного.

— А ты мило выглядишь, — с ухмылкой произнес Гай, едва она проскользнула вслед за ним во мрак гаража.