— Может, лучше просто погуляем? — сказал Адам. — Мне надо поговорить с тобой, Лаури, а поскольку любой разговор с тобой всегда кончается спором, церковь не самое лучшее место для этого.

Они пошли дальше, направляясь к полям, хрустким от мороза.

— Ты знаешь, о чем я хочу поговорить, — продолжал Адам, решительно выставив вперед подбородок.

Лаури кивнула.

— Думаю, что ты хочешь обсудить, как организовать свидания с Розин.

Адам взглянул на нее исподлобья.

— Нет. Я и без того знаю, что ты позволишь мне видеться с Розин. И я очень счастлив. А вот отчего я несчастлив, так это от наших отношений. Являюсь ли я просто отцом Розин, или ты все же позволишь мне вновь войти в твою жизнь в качестве…

— В качестве кого? — жестко переспросила Лаури.

Они остановились около мостика.

— Я бы хотел, — горячо заговорил Адам, — вернуться во времени и начать снова с того момента, когда ты сообщила, что беременна.

— Но, поскольку это невозможно, придется довольствоваться тем, что есть, — с вызовом заявила Лаури. — Давай не будем портить Рождество, Адам. Мне нужно время. Ты можешь это понять?

— Мне казалось, мы и так потеряли уйму времени, — с горечью сказал он. — Я надеялся, что после того, что мы вдвоем пережили за эти последние дни, ты немного смягчишься, но, вижу, ошибся.

Лаури положила ладонь на его руку.

— Нет, Адам, не ошибся. Но мы оба не ведем себя нормально сейчас…

— Я веду себя нормально, — живо откликнулся он, прижал ее к себе и страстно поцеловал, не дав ей вырваться. Когда он наконец поднял голову и заглянул в ее раскрасневшееся лицо, то натянуто улыбнулся и выпалил:

— Разве я не заслужил этот поцелуй, Лаури?

— Да, но большего ты не получишь, — возразила она, негодуя на себя, потому что сердце ее колотилось и она всей душой хотела снова в его объятия, чтобы он так же, как прежде, неистово целовал и целовал ее.

Адам заметно воспрял духом. Дома они встретили Хью и Розин, уже проснувшихся и одетых и ждущих с нетерпением своего нового друга, который охотно принялся развлекать их. Наконец утомленных бурным днем детишек кое-как удалось уложить перед тем, как Адам и его мать собрались в дорогу.

— Я даже не могу сказать, как много все это значило для нас, — искренне благодарил Адам Джерента и Холли.

— Адам говорит правду, — подтвердила миссис Хокридж, целуя Лаури. — Не думала, что когда-нибудь удастся так замечательно провести Рождество.

— Я буду звонить, — пообещала Лаури. — Обязательно приезжайте, посмотрите мой магазинчик. И балуйте Розин сколько душе угодно.

— Ловлю на слове, милая!

Джерент и Холли тактично пошли с миссис Хокридж к машине, чтобы оставить Лаури и Адама наедине.

— Когда мы увидимся? — спросил Адам.

— Даже не знаю, — уклончиво ответила Лаури. — Позвони. Договоримся.

Адам привлек ее к себе и крепко расцеловал, потом взял за руку, и они побежали к машине, стоящей у ворот. Из машины Адам высунулся и еще раз поблагодарил Морганов, затем взглянул на Лаури с улыбкой, от которой у нее все перевернулось внутри.

— До скорого, — крикнул он, и машина тронулась.

— Сначала было какое-то чувство неловкости, — призналась Лаури. — Ты же знаешь, последняя встреча папы с Адамом была не из приятных. Но разве можно долго дуться в обществе миссис Хокридж?

— Я же говорила, что она прелесть!

— Ты была права.