О, Девлин, ты так хорошо это делаешь.

Ее тихие стоны казались Девлину волшебной мелодией Она приподнялась и напряглась под ним, ее напряжение нарастало, пока он пил росу с лепестков сокровенного женского цветка. Он нашел тугой бутон, который, как он знал, горит возбуждением и пульсирует. Губами, зубами и языком он ласкал этот притягательный маленький бутон, придерживая Кейт, когда она уворачивалась, не в силах перенести остроты наслаждения.

— Не прячься, любовь моя, доверься мне, — шептал он около волшебных завитков. — Дай мне показать тебе, насколько все это приятно.

— Покажи мне, Девлин, покажи мне все.

Она доверилась ему, окончательно и бесповоротно. Он дрожал при мысли, что она целиком в его власти. Он ласкал ее, пока она не закричала, пока не почувствовал, что ее тело содрогается под невидимыми вспышками наслаждения, достигшего пика.

— Я так долго ждал. — Он улегся на ее живот, водя рукой по выпуклости ее бедра. — Мне кажется, я хотел тебя всю свою жизнь.

— С первой встречи, — прошептала она, пододвигаясь к нему, когда он двинулся вверх, накрывая ее своим телом, — с первой встречи я мечтала об этом.

Желание свернулось в тугой узел в паху Девлина, оно больно пульсировало. Он смахнул волосы с ее щеки, разгоряченной румянцем. Густые ресницы опустились и не поднимались, как будто она стеснялась смотреть на него.

— Посмотри на меня, любимая. — Ему было необходимо видеть ее глаза, он должен был заглянуть в ее душу, чтобы понять, было ли там местечко для него.

Она открыла глаза, сверкающие голубые глубины наполнились любопытством и смущением. Когда он провел рукой по ее животу, она вздохнула. Он положил руку на мягкие завитки и начал одним пальцем нащупывать вход Гладкая теплая плоть сомкнулась вокруг него, когда он пробирался по этому девственному лесу. Боль желания становилась все мучительней, голодный зверь внутри него жаждал ее, требуя, чтобы он прорвал эту горячую тугую перепонку.

— Вели мне остановиться, Кейт, скажи, что ты передумала, и я оставлю тебя. Даже если мое сердце будет разбито.

— Нет, — сказала она, хватая его за руку. — Не уходи.

Он вошел в нее, чувствуя нежную перегородку, от его вторжения дрогнули ее бедра. В костре позади него треснуло дерево, сдаваясь огню.

— Назад пути не будет.

Она провела кончиком языка по губам, они упоительно заблестели.

— Я не жалею.

Так ли это? Может, ему остановиться? Но он понимал, что их судьбы уже переплелись.

— Кейт.

Его хриплый шепот проник глубоко в ее душу, как будто молитва сорвалась с его губ. Он нежно поцеловал ее, легко скользя губами, его теплое дыхание ласкало ее кожу. Кейт прижалась губами к нему, втягивая в себя запах его кожи. Соленая, с привкусом мускуса, манящие, почти неуловимые ароматы, непередаваемый вкус… вкус соли от тумана над морем в Корнуолле, терпкий запах молодых побегов после весеннего дождя. Ее запах впитывался в поры его кожи, а его аромат смешивался с ее потом.

Какое жгучее, острое ощущение.

Она не чувствовала страха, когда предалась ему. Только ожидание, только завораживающее наслажденье. Ощущение его руки, его тела, прильнувшего к ее грудям, животу, бедрам. Его тепло окутало ее, его пальцы то скользили внутрь, то выбирались наружу, медленно, настойчиво призывали ее принять его, уча ее ритму, мелодии этого неведомого ей танца. Ее тело поднималось навстречу ему.

— У тебя так хорошо это получается, — прошептала она около его губ.-Ты все-все понимаешь.