— Девлин, разрешите оторвать вас на минуту, — сказал Фредерик, выходя из своей палатки. — Я хотел бы обсудить с вами кое-что важное. Извините, пожалуйста, Барнаби.

Фредерик взял Девлина под руку и повел к прибитому к берегу бревну, внимательно оглядев лагерь; будто хотел увериться, что им никто не помешает.

Никого вокруг не было. Эдвин прогуливался по берегу, не в силах усидеть в лагере.

— Нельзя держать человека на привязи, — сказал он как-то Девлину. Роберт дремал под пальмой на дальнем конце лагеря, из-за виски он мало что соображал, поскольку пил целый день. А Кейт была слишком занята Остином, чтобы замечать кого-либо еще.

Девлин сел рядом со стариком на бревно и увидел, ч го Фредерик вынимает клочок бумаги из кармана.

— Я нарисовал это для вас этим утром. — Фредерик развернул белый пергамент. — Это копия карты Рандольфа.

Девлин взял лист белой бумаги и внимательно посмотрел на четко выведенные линии и символы.

— Я думал, вы не хотите, чтобы кто-нибудь видел это.

— Я не хочу, чтобы карта попала в плохие руки. Но если что-нибудь случится со мной, я бы хотел, чтобы вы помогли Кейт найти город. — Он улыбнулся и потрепал Девлина по плечу. — Я верю, что вы не откажете мне.

В улыбке этого человека Девлин чувствовал неподдельное тепло и симпатию. Да и он сам чувствовал то же по отношению к нему, доверял ему, будто был членом его семьи, а не чужаком.

Эти эмоции опасны. Можно слишком привязаться к этим людям. Девлин должен отдавать себе отчет, что наступит время, когда они уйдут из его жизни. Он смотрел на карту, хорошенько ее запоминая, поскольку намеревался ее уничтожить.

Позади раздался смех Кейт во влажном воздухе. Девлин обернулся и увидел, что они вместе с Осгином Синклейром идут сюда. Ее улыбка озарила солнечным светом тень, теплая, как лето, и сияющая только для одного мужчины — для Остина Синклейра. У Девлина защемило в груди от желания окунуться в тепло ее солнечной улыбки.

— Не хотите присоединиться к нам? — Остин держал смастеренные им багры для ловли рыбы, четыре длинных бамбуковых палки с заточенными концами. — Мы идем на ловлю обеда.

— Только не я, мне не везет на рыбалке, — сказал Фредерик. — Может быть, вы хотите пойти, Девлин?

Казалось, Кейт не особенно желает находиться в его обществе. В самом деле, она смотрела на своего отца так, будто хотела задушить его за то, что он пригласил Девлина. Ей не нужно было волнений. Меньше всего на свете Девлину хотелось быть третьим лишним в компании Кейт и галантного лорда.

— Нет. Вы идите. Но будьте осторожны. Помимо обычной рыбы здесь полно пираний.

— А как мы узнаем, какая из них какая, мистер Маккейн? — спросила Кейт.

Холод пробежал по его жилам, когда она посмотрела на него, вся ее теплота скрылась за пологом холодного презрения.

— Пиранья — это та, что будет пытаться пообедать вами, а не наоборот, профессор.

— Как забавно.

— Вы уверены, что не хотите… — начал Остин.

— Пошли. — Кейт схватила Остина за руку. — Скоро стемнеет. В тропиках ужасно быстро темнеет. Появятся москиты и нам не поздоровится.

— Скажите, чтобы кто-нибудь развел большой костер, — сказал Остин, оглядываясь через плечо, так как Кейт тащила его к реке. — Надо же будет поджарить улов.

Девлин смотрел, как они шагали по узкой полоске берега, пока не исчезли за стеной пальм. Они выглядели довольными, улыбались, наслаждались обществом друг друга.

Целую жизнь.