Ее захватчики били себя в грудь, издавая воинственные кличи и нудно что-то распевая. Кейт огляделась кругом, все ее тело дрожало, ноги подкашивались. Она еще ни разу не падала в обморок. Ничего, выдержит и на этот раз. Она пыталась осмыслить происходящее. Может, перенесшись через водопад, она попала в другой век, в эру зарождения цивилизации?

Мужчины выпрыгивали из своих гамаков, выползали из хижин, такие же голые, как и ее захватчики, ничуть не смущенные присутствием женщин. Как шакалы, собирающиеся прикончить жертву, они подбирались к ней, болтая на своем гортанном языке и яростно жестикулируя.

Они были примерно с нее ростом, но все очень мускулистые, и смотрели на нее, как на кусок мяса, из которого будет приготовлен обед. Может, так оно и случится, подумала она, глядя на костер и опаленные тушки птиц.

Они ходили вокруг нее, тыкая в нее сильными проворными пальцами, дергали ее за косу, тянули за блузку, хватались за груди. Кейт передавали из рук в руки, прижимали к широким обнаженным телам, потом круг сузился, и новая вспышка страха пронзила ее. Они хотели ее, но не на обед

— Уходите! Оставьте меня! — Она пыталась увернуться, отталкивала коричневые руки, борясь с растущим в ней ужасом. Это был настоящий кошмар, самое худшее из того, что она могла вообразить.

Внезапно ее мучители отступили, уронив руки и образовав что-то вроде прохода. Вся дрожа, Кейт огляделась вокруг, почти парализованная страхом. Сквозь строй потных дикарей шел мужчина. Он был похож на остальных, разве что пояс вокруг его талии был более красивым, украшенный яркими перьями ара и тукана, которые бились о его голый живот, когда он с важным видом к ней приблизился.

Кейт отшатнулась. В этом их вожде было что-то еще более дикое, более опасное. Множество рук ткнулись в ее плечи и спину, подталкивая ее к этому дикарю.

Она в ловушке. Кейт сглотнула комок в горле, едва не закричав. Но когда вождь подошел совсем вплотную, заставила себя выпрямиться и посмотреть ему в глаза.

— Вы, вероятно, вождь. — Она опять попыталась заговорить на наречии джерал. — Я друг.

Подняв руки, он закричал. Она в ужасе отпрянула, судорожно втянув в легкие воздух. Мужчина улыбнулся и с победным видом оглядел остальных, очевидно довольный собой. Все остальные что-то подозрительно забормотали.

Кейт почувствовала, что ее щеки горят от стыда и досады на себя — как просто этот дикарь смог ее напугать. Этого они и добивались, так ее напугать, чтобы она обессилела, превратилась в дрожащего от ужаса зверька. Она покажет им, что ее не так легко сломить. Но, однако, чтобы устоять на ногах, ей потребовалось собрать всю свою волю, — когда он к ней приближался.

Он хотел потрогать ее косу, но она увернулась. Это крайне его удивило.

— Отойдите от меня.

Смех раздался среди мужчин, которые окружали их. Главарь оскалился, раскинув в стороны руки, похожий на петуха, распушившего перья перед атакой. Он посмотрел на мужчин, и смех затих.

Страх комком застыл где-то в желудке. Кейт приготовилась бороться с вождем, бороться, пока ее не оставят силы. Она сжала кулаки, наблюдая за ним, готовая ударить.

Он начал ходить вокруг нее, и она была вынуждена тоже поворачиваться, чтобы все время держаться лицом к нему. Руки его подчиненных хватали ее за плечи, тянули за косу, отвлекали ее. Только на одно мгновение она отвернулась, чтобы скинуть цепкие руки, которые мешали. И в это самое мгновение главарь бросился на нее. Он ухватил ее косу и стал обматывать ее вокруг руки.

Крики, смех. Главарь приподнял ее за волосы над землей — так высоко, что только кончики пальцев касались земли, — крутил ее, тараторя что-то своим соплеменникам.