— Подождите, — окликнула их Риф Эхран. — Шанур, вы же не собираетесь брать и его с собой?

— Я никуда его не беру. Он идёт сам.

— Шанур, это уже слишком. Я буду вынуждена доложить о вашем поведении…

— Не сомневаюсь.

— Послушайте, Шанур. — Эхран тревожно шевельнула ушами, выпустив когти. — Внедряйте свои социальные теории в жизнь на собственном корабле, это ваше дело. Но разрешать ему принимать участие в переговорах, да ещё давать оружие…

«Да скажи ты что-нибудь», — мысленно просила Кима Пианфар. Но тот молчал. Прижав от ярости уши, Ким не произнес ни слова, потому что не смог бы тогда сдержаться, чем настроил бы Эхран против себя ещё больше. «Ах, эти самцы, им нельзя верить. Они такие ненадежные, вспыльчивые, истеричные». Опустив голову, он проверил предохранитель винтовки.

Как бы то ни было, кифы его боялись. И правильно делали.

— Я хочу, чтобы сзади меня прикрывал он, — заявила Пианфар, — а не кто-то другой. — Она поправила винтовку и, не глядя на Эхран, обратилась к Хилфи: — Не уходи с верхней палубы, хорошо?

Потому что, о боги, на нижней палубе находился киф, а Пианфар меньше всего сейчас хотелось беспокоиться о Хилфи, Шур и разгуливающем по их кораблю кифе.

— Спасите Тулли, — попросилала Хилфи.

— Хорошо.

— Шанур, — сказала Риф Эхран, — я подам на вас рапорт.

— Подавайте. Может быть, вам удастся лично представить его хену. И может быть, получится так, что никого из нас это уже не будет волновать. — Пианфар махнула рукой. — Двигайтесь!

— Не смейте командовать.

— Мы идем, — сказал Джик, оторвав зад от тумбочки, на которой сидел.

— Четверть часа заканчивается, — сообщила Пианфар. Пропустив отряд вперёд, она остановилась в дверях, оглянулась и быстро пошла догонять своих спутников.

— Несколько моих охраняют вход на ваш корабль, — сказал Джик, когда Пианфар поравнялась с ним.

— Может быть, — неохотно протянула она, — мне следовало бы пойти к кифам вместе с Эхран, а вы охраняли бы док. Кифы тебя знают, Джик. Знают слишком хорошо. Ты бы остался снаружи и прикрывал нас с Эхран.

Джик почесал нос:

— Давненько я не охотился на кифов. Знаю, как они мечтают до меня добраться. И до тебя, Пианфар. Может, они хотят, чтобы хен прислал к ним своего представителя? Но кифы дураки, и мы будем их убивать: у нас есть сфик. Они едят наши сердца, чтобы приобрести сфик, но у них ничего не получается. Может, они надеются, что, поговорив с нами, смогут одолеть своих врагов? Мы поговорим с Сиккуккутом. Иначе мы потеряем свой сфик.

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — сказала Пианфар.

— Конечно, — весело отозвался Джик. — Ещё как понимаю.

Это её мало успокоило. Проходя мимо двери в ванную, она прислушалась. Шерсть на загривке вздыбилась.

«Убей кифа, — говорил ей инстинкт. — Убей прямо сейчас, пусть он исчезнет. Пусть Сиккуккут гадает, куда он делся».

Но был ли в этом сфик? И что вообще делать с этим кифом?

Сойти с ума и отпустить его?

Один торговый корабль стишо уже сбежал. Один выстрел — и в доке может начаться паника, все бросятся к своим кораблям, и тогда на Мкейксе… Одни метанодышащие чего стоят.

Разумеется, их заманивали в ловушку. Как-то так получилось, что кифы навязали им свои правила игры.

Потому что ни один киф никогда и ничего не отдавал даром.