Шур, прихрамывая, добралась до кресла, отказавшись от помощи Герен. Оттуда она перебралась в кресло Хэрел.

— Сообщите, когда вам нужно будет открыть вход, капитан. Я закрою все люки. Чтобы сюда не пробрался ни один махен, ладно? И ни один вонючий киф.

Пианфар стиснула зубы и посмотрела на Герен. Было видно, что спорить бесполезно. Когда этим сестричкам что-то приходило в голову, остановить их было уже невозможно. Это было у них в крови. Да и Ким тоже явно не собирался сидеть в корабле, судя по его внезапно загоревшимся глазам.

— Прекрасно, — сказала она. — Дайте Шур винтовку, на всякий случай. И этому тоже. Пошевеливайтесь. Только, Ким, никаких фокусов. Ни шага без моей команды. Ты понял? У нас одна проблема в здешних доках. Одна. Ты меня понял?

— Ага.

В обычной жизни они были мужем и женой. Только не здесь. В отсутствие других самцов он был воплощением уравновешенности и выдержки.

Но Шур была права: на корабле толку от него было немного.

Лязг, скрежет, глухие удары. Присоединили трап. Теперь их корабль был состыкован со станцией Мкейкс.

Герен вложила винтовку в руки Шур. В знак прощания та подняла её над головой. Щелк-щелк. Проверен предохранитель. Она смотрела им вслед, прижав уши, исхудалое лицо было нахмурено. Её золотисто-рыжий мех свалялся и потускнел. В ушах, где должны были находиться серьги, просвечивали пустые дырки. Шур подготовилась явно не к увеселительной прогулке.

— Вытащи их оттуда, хорошо? — попросила Шур, имея в виду Хилфи и Тулли, и посмотрела на Герен. — Я хочу, чтобы вы все вернулись.

— Идем, — сказала Пианфар.

Она прихватила с собой карманный передатчик и пристегнула его к поясу, потом кивком указала на дверь. На ней не было её прекрасных ярких одежд, которые она так любила, только голубые брюки, такие же, как и у остальных, за исключением Кима, который носил простые коричневые.

Не оглянувшись, она направилась к двери, рядом с ней шёл Ким, сзади Хэрел, Тирен и Герен.

— Есть связь, — раздался голос Шур, когда они подходили к лифту. Но вот дверь со свистом закрылась, и Шур больше не было слышно.

— Быстрее.

Пианфар нажала на кнопку лифта и, пропустив остальных вперёд, вошла в кабину последней. Лифт поехал вниз. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, немытые ещё с прошлого прыжка во времени. К телу и одежде Пианфар прилипли выпавшие пучки волос, во рту чувствовался привкус меди. Остальные члены экипажа были не в лучшем состоянии, какие уж там дипломатические переговоры. Тяжелая винтовка оттягивала плечо Пианфар и хлопала по бедру. О боги, сколько здесь кифов; а что же делать с махендосет — махенами, честными охранниками, которые обязаны защищать и свою станцию, и свой народ? Меньше всего на свете Пианфар хотелось устраивать перестрелку на станции, ведь тогда охранники будут просто вынуждены вмешаться.

Лифт остановился на нижней палубе. Не сговариваясь, они выстроились так, чтобы быть готовыми ко всему: впереди Пианфар и Хэрел, за ними Ким и Герен и, наконец, прикрывающая их тыл Тирен, сестра-тень Хэрел, умудренный опытом ветеран, побывавший уже во многих космических портах.

И Ким, чьё выражение лица не предвещало ничего хорошего, — полный решимости идти до конца, что бы ни случилось, настоящий самец, к тому же вдвое сильнее любой из них.

— Получено сообщение от чиновника махе по имени Джинири, — раздался из динамика голос

Шур. — Вас ожидает охрана станции и толпа граждан. Я просила освободить площадку, но они — они меня не слушают…

— У тебя всё в порядке?

— Все отлично, капитан. — Её голос был хриплым. — Берегите себя, ладно?

Они подошли к выходу из корабля.