Ждать пришлось недолго. Римские легионы, продолжавшие стойко сражаться и соблюдать боевой порядок, тем не менее продолжали под напором нашей пехоты отступать вправо, к каналу. Сквозь пылевую завесу, которая постоянно поднималась из-под ног и копыт, я с трудом разглядел галлов, которые медленно смещались вправо от нас. А слева появились несколько наших свежих когорт – воины Каста, построенные по центуриям, постепенно охватывали толпу галлов. Два римских легиона оказались окружены с трех сторон, с фронта, слева и справа. Интересно, сколько легионеров еще оставалось в живых? День клонился к вечеру, солнце уже начало смещаться к западу, но было еще очень тепло и не совсем ощущалось ветра. У меня жутко пересохло во рту, а язык, казалось, страшно распух. Глаза щипало от стекавшего в них пота. Я стащил с головы шлем. Его кожаная подкладка была насквозь мокрая, а волосы прилипли к черепу. Рядом возник Буребиста:

– Ты не ранен, господин?

– Нет. Вели людям спешиться и отдать коням всю оставшуюся воду. Больше ничего делать не нужно.

– Мне очень жаль, что мы их не одолели, господин.

Я протянул руку и положил на его плечо:

– Это полностью моя вина.

Наше участие в битве уже закончилось, но я еще не понял, что скоро закончится и сама битва. Наше войско теснило противника к каналу, и ряды галлов

Глава 1

Мы были истинно счастливы в то лето, в то чудесное лето, когда разгромили все римские войска и добрались до северной Италии. Весь мир, казалось, лежал у наших ног, но, наверное, эти ощущения появились, потому что я был влюблен и верил, что невозможное возможно.

Мы продолжали двигаться на север и достигли провинции, именовавшейся Циспаданской Галлией. Это была римская провинция, но населяли ее галлы, народ, к которому принадлежала Галлия. Ими правил римский губернатор, который проживал в городе Мутина[1]. Галлы жили по собственным законам и традициям, не являясь римскими гражданами. Они платили дань Риму, но, пока оставались лояльными подданными, Рим предоставлял их самим себе. Спартак очень хотел заполучить их помощь, поэтому собрал военный совет, куда пригласил Галлию. Та отнюдь не робела, сидя за столом в компании командиров войска. Клавдия отсутствовала.

– Через два дня идем дальше на север, – начал заседание Спартак. Снаружи в этот момент началась буря, она трясла стены шатра и раскачивала его опоры. – Идти будем через земли галлов, твоего народа, Галлия. Хотелось бы знать, не смогут ли они чем-то нам помочь.

Губы Галлии тронула слабая улыбка:

– Это побежденный народ. Они тебе ничем не помогут. Было бы глупостью думать иначе.

Нергал, Резус и Буребиста были поражены ее словами, а вот Акмон посмотрел на Спартака и кивнул.

– Тем не менее, – продолжил Спартак, – мы должны идти через эту провинцию. Если они не станут нам помогать, то будут ли они нам препятствовать?

Галлия недовольно засопела при этом предположении.

– Они – побежденный народ, сломленный. И я сомневаюсь, что они станут воевать с нами, даже если учесть, что моя сотня женщин-воительниц могла бы оказаться неплохой добычей для их воинов.