Мигеля же продвигать было некому, поэтому он уже десять лет топтался в звании лейтенанта полиции и должности дежурного по району. Нельзя сказать, что он сильно тяготился своим "бегом на месте", просто пришло уже то время, когда в карьерном росте его стали обходить более молодые коллеги. И всё это несмотря на то, что работу свою Рамирес выполнял вполне прилично. Но для прорыва требовалось совершить что-то из ряда вон выходящее: по горячим следам раскрыть ограбление банка, совершить серию громких задержаний, вывести на чистую воду заказчиков резонансного заказного убийства. И ведь пару лет назад был такой шанс.

В процессе разработки уличной сети по распространению наркотиков совершенно случайно "замели" крупного, по уличным меркам, дилера. И если это стало неожиданностью для полиции, то сам наркодилер был настолько шокирован, что буквально "в штаны наложил" со страху. Пока он не очухался, Рамирес с товарищами вытрясли из него адрес "большого склада". Пока не пошла утечка информации и не всполошились высокие покровители наркодельцов, Мигель добыл санкцию на обыск. Тут сыграл свою роль адрес склада — один из корпусов мебельной фабрики, принадлежащий не имеющему большого влияния клану Сократис.

Проблемы начались уже на месте. Оказалось, что фабрику охраняют бойцы "КДЛ Секьюрити" клана Клямсдейл, и они наотрез отказались впускать полицию на территорию. Поначалу и Рамирес, и вызванный им на усиление спецназ впали в ступор от такой наглости, но потом растерянность сменилась яростью. Бойцы спецназа пошли на штурм и ворвались на территорию фабрики. Там дело застопорилось, поскольку секьюрити очень грамотно расположили огневые точки, которые заставили полицейских остановиться. Минут пятнадцать на мебельной фабрике шла настоящая позиционная война. Потом спецназовцы вошли в раж и принялись выбивать противника из одного здания за другим. Появились пленные и раненые с обеих сторон. Уже до пункта назначения было рукой подать, когда на место событий стали массово поступать приказы начальства. Операция была остановлена, спецназ выведен на исходные позиции, начаты какие-то переговоры. Хотя, по мнению Рамиреса, какие могут быть переговоры в месте, где полиции оказывают столь "радушный" прием?

Еще через час приехал взбешенный начальник полиции генерал Гаер. В его присутствии опергруппа беспрепятственно вошла в искомый склад и обнаружила его в девственной чистоте…

Впоследствии Мигель очень жалел о том, что не ослушался приказа. Ведь если бы удалось ворваться в здание во время штурма, то наркодельцы не успели бы замести следы и дело получило бы огласку. А тогда все закончилось для них легким испугом и энной суммой, которую пришлось отвалить полицейскому начальству за вмешательство. Об этом Рамиресу по секрету шепнул на ушко Вако. Для самого же лейтенанта дело закончилось устным взысканием "за самодеятельность".

С тех пор Рамирес несколько охладел к службе, так сказать, стал работать чуть спустя рукава, так как свято уверовал в то, что его служебное рвение никем не будет оценено. Зато он заслужил уважение в среде спецназовцев, несколько раз даже приглашавших его на их вечерние "пивные" посиделки. А в полиции Рамсея с того самого случая стали особо не любить охранное агентство "КДЛ Секьюрити"…

На визит к теще у Мигеля неожиданно ушло полдня. Попили чай с пряниками, поговорили о ценах, пенсиях и правительстве, коллегиальным решением постановили, что "все они там уроды редкостные".