— Тогда почему же это случилось сегодня? — спросила она в отчаянии.

— Я не знаю, почему сегодня, — ответил он с таким спокойствием, что Джейн похолодела. — Я не думал, что это вообще когда-либо случится, но ты была… Ох, черт побери, да ты ведь чуть не утонула! — добавил он со злостью.

— Так, значит, это было любезностью с твоей стороны? — еле слышно спросила Джейн.

Он просто пожалел ее, вот оно что! Увидел шрамы, почувствовал неловкость и постарался быть с ней ласковым… Ей захотелось умереть.

— Любезность? — Фернан уставился на нее как на ненормальную. — О какой любезности ты говоришь?

— Ты… ты пожалел меня, — медленно проговорила она.

Голос Джейн звучал совершенно спокойно, даже равнодушно, но она вдруг почувствовала, что ее всю трясет. Очевидно, это началась реакция на все, что произошло с той минуты, как она услышала крик Поля.

— Не говори чепухи! — начал Фернан, но осекся, заметив, что она дрожит. — Черт побери, ты совсем продрогла! Ты заболеешь, тебе нельзя торчать здесь…

Прежде чем Джейн поняла, что происходит, он все-таки подхватил ее на руки, но она была слишком слаба и обессилена, чтобы протестовать. Ей оставалось только закрыть глаза и не открывать их, пока Фернан нес ее к дому и дальше, по лестнице наверх. Только после того как он опустил ее на плетеный стул в ванной, и Бланш с Мари начали суетиться возле нее, Джейн вернулась на землю и поняла, что Фернан ушел.

— Как Поль? — слабо спросила она, прерывая причитания горничных, раздевавших ее.

— Все хорошо, — ответила Бланш, добавляя горячей воды в пахучую пену. — С ним мадам и месье. У него только… как вы это говорите?.. Горло болит, да? От воды, которой он наглотался. Но доктор скоро придет.

Доктор действительно вскоре пришел и, оказав помощь Полю, заглянул в комнату Джейн. Она лежала на взбитых подушках, бледная и изможденная.

До этого Нора несколько раз забегала к ней с видом встревоженной наседки. Но сейчас она была занята в детской: проснулись близнецы и потребовали есть. Надо сказать, Джейн была им за это очень признательна. Ей не хотелось ни с кем говорить — лучше закрыть глаза и заснуть, чтобы исчезли все мысли, мучительные и болезненные, разрывающие мозг.

— Добрый вечер, Джейн.

Ей нравился доктор. Он наблюдал Нору до рождения близнецов и вообще был домашним врачом семейства Соваж уже много лет.

— Здравствуйте. — Она попыталась улыбнуться, но, к своему ужасу, в следующее мгновение разразилась слезами, а он, сев на край постели, начал гладить ей руку, успокаивая словно ребенка.

Прошло несколько минут, прежде чем Джейн справилась с эмоциями, но доктор молча и терпеливо ждал, пока она вытрет глаза, и только потом тихо спросил:

— Это из-за инцидента с купанием или есть другая причина, Джейн?

Джейн уже готова была солгать, но, поглядев в мудрое старое лицо, поняла, что лучше сказать правду. Или хотя бы часть правды…

— Есть еще кое-что, — сказала она слабым голосом. — Проблема, которая меня угнетает… Мне необходимо уехать из Франции. Я знаю, что буду лучше чувствовать себя дома, но не могу покинуть Нору, пока она нуждается во мне.

— Думаю, вы прекрасно сделали, что приехали, Джейн, и уверен, что все будут рады, если вы останетесь.