— Это может быть всем сразу и ничем вообще, — наконец подал голос я. — Из разряда «иногда банан — это просто банан».

— А для чего тогда все это?

— У искусства не всегда должна быть цель, — важно ответил я. — Иногда это способ донести потаенный смысл или твое мироощущение в данный конкретный момент. Ладно, ладно, это все просто чтобы пустить пыль в глаза твоим правителям. Пусть они ломают голову.

— Разве нельзя без этого? — удивился Анфалар.

— Конечно нельзя. Если к тебе придет мужик в странной свободной одежде, похожей на юбку, что ты подумаешь?

— Что он служитель культа Халу или житель дальних земель.

— Когда закончу все, точно перееду жить сюда, — подмигнул я. — У наших чужан за подобное можно и статью за пропаганду схлопотать. Ладно, суть в том, что правители будут думать, что я не просто хрен с горы, а сложный хрен с горы. И станут относиться чуть уважительнее. Или хотя бы настороженно, а большего мне и не надо. Ладно, во сколько у нас там встреча?

— В полдень, — ответил Анфалар. — Через час.

— Для людей, у которых нет вменяемого солнца, вы неплохо ориентируетесь, конечно.

На то, чтобы краска подсохла, у нас ушло не более получаса, после чего я облачился в новую одежду, раскрыл собранные в квадрат рейки и подвязал их. Все оказалось именно так, как я и представлял. Деревяшки при ходьбе били по ногам, да еще периодически пытались сложиться. Вторая, запасная рамка, сейчас сложенная, постоянно прилетала по бедру. Представляю, какой потом там будет синячище. Ну ничего, это уже временные трудности во имя высшей цели.

Для конспирации я накинул капюшон, чтобы не было видно моего лица. Все-таки в Фекое меня знали практически все. А аудиоальное сопровождение граждан в духе «Матвей идет разводить правителей, Матвей идет разводить правителей» с кучей бегущих за нами детей было бы лишним.

Но даже несмотря на все трудности, мы добрались до дворца значительно раньше, чем я рассчитывал. Поэтому мне пришлось спрятаться в одной из боковых комнат, отведенных для хранения продуктов. Да, немного не по-геройски, но я должен был появиться аккурат в тот момент, когда все правители будут в донжоне.

Поэтому когда пришла команда, что все действующие персонажи заняли свои места, настал мой черед. И я, как и подобает таинственному и загадочному типу, неторопливо появился в главном зале донжона. Эх, сюда бы какую-нибудь музычку под авторством Ханса Циммера из «Бэтмена». Но чего нет, того нет.

Я ожидал, что правители будут сидеть поодаль друг от друга, все-таки они постоянно вели войны, но куда там. Три кресла стояли рядышком, а кощеи, совершенно разной наружности и возраста, благодушно болтали, будто речь шла о том, как и кто из них подвязывает помидоры или кому сбагрить урожай кабачков. Вот тебе и города, которые враждуют между собой. У меня вообще сложилось ощущение, что тут сидят три бизнесмена, являющиеся единой частью какого-то конгломерата.

— Гарай, правитель Нирташа, Монстур, правитель Горолеша, Ройс, правитель Озирага, — представил мне присутствующих Анфалар.

Так было сделано специально, чтобы сначала назвали именно этих персонажей, давая понять, что они здесь далеко не действующие лица. И после многозначительной паузы глава Фекоя наконец произнес:

— Это великий Матвей, хранитель…

— Пустоты, — подсказал я.

Я даже не представляю, каких усилий стоило Анфалару сделать то, что он сделал. Когда мы шли сюда, да и прежде, еще вчера при обсуждении мой друг постоянно качал головой, периодически спрашивая: «А без этого никак?». Анафалар выбрал бы лучше помахать топором среди бесчисленного сонма врагов, чем пускаться в хитросплетения политических интриг. Но ничего не поделаешь, тут как в кинки-вечеринках.