На следующий день решил, что все готово к новой попытке создать керамические изделия.

Перед тем как приступить к обжигу, сходил к часам и проанализировал метки нагрева у тех мисок которые не раскололись ранее. Выходило, что нагревать надо постепенно часа два, затем десять часов поддерживать максимальный огонь и те же два часа охлаждать. Судя по всему мне вновь предстоит провести этот день на ногах. В будущем надо будет выдрессировать соплеменников на то, что бы они сами могли воспроизвести процесс, но пока я не был на сто процентов уверен в результате, с этой дрессировкой лучше подождать.

Самым сложным оказалось не поддерживать огонь, а планомерно наращивать температуру и наоборот снижать её. И если с нагревом я не мог ничего придумать, что бы хоть как-то облегчило процесс, то как быть с постепенном охлаждением, эту задачу мне кажется удалось решить. Уже к вечеру, когда прошло десять часов накаливания, с помощью заранее сделанного ухвата, переместил раскаленные заготовки в вырытую ранее яму, а потом засыпал все углями и накидал сверху песка. Угли будут постепенно остывать и температура сама собой падать и к утру я получу нужное. Это дало мне два часа экономии времени, да и легче это было намного, чем постоянно уменьшать пламя и постоянно следить за ним, все же костер это не газовая плита и тут вентиль не завернешь, что бы уменьшить пламя.

Проверил Бры и щенков, затем сменил Ла на её посту у коптильни. Что бы не уснуть, всю ночь скоблил заготовку лука. Не смотря на то, что скобление древесины процесс далеко не технологичный, но из-за того, что я уделял ему все свободное время, к утру у меня в руках была практически завершенная дуга из цельной, просушенной древесины, думаю что завтра я её доделаю.

С восходом солнца спустился к месту обжига и раскопал его. Увы, но в этот раз меня ждало разочарование. Видимо я что-то сделал не так, потому как большой котел, на который возлагал столько надежд лопнул в четырех местах и совершенно не подлежал восстановлению. Из обычных мисок только две выдержали и были мной признаны пригодными для дальнейшего использования. Не смотря на то, что я знал о том, что изготовление керамики не так просто, как кажется на первый взгляд и на этом пути меня ждет множество неудач, результатом я был порядком обескуражен. Одно дело умозрительно предполагать неудачу, другое же видеть, как результат многодневных трудов превращается не в нужный тебе продукт, а в груду изломанных осколков.

Осмотрев лопнувший котел внимательнее, подумал о том, что разрушился он по причине неравномерности прогрева по всей толщине, то есть середина стенок не успевала спекаться должным образом. То есть повторять эксперимент не имело смысла, если я не решу задачу равномерности прогрева. Выхода на вскидку виделось два или уменьшение толщины стенок, или увеличение максимального нагрева до запредельных для открытого огня значений, в районе тысяча сто, тысяча двести градусов, точнее я не помнил.

Попробовал сперва сделать котел потоньше, но он ломался еще на стадии лепки, края стенок загибались или отламывались под своим весом. Половину дня промучился, но результата нужного не достиг. Методика ленточной керамики в данном случае не годилась. Дело пошло бы на лад, будь у меня в распоряжении гончарный круг, но его конечно же у меня не было.

Часа два рисовал на песке чертежи возможного гончарного круга, даже получилось что-то, что будет в принципе работать. Но как представил сколько у меня уйдет трудозатрат на его изготовление, отложил реализацию этой идеи до того далекого времени, как решу проблему с подходящим инструментом. А точнее пока не придумаю как сделать пилу или ножовку, без этого к работе над гончарным кругом приступать было не рационально. Одна беда, как сделать пилу я думаю чуть ли не с первого своего дня в этом времени, но так и не придумал.

Для повышения же температуры, нужно было создать хорошую печь.