Моё настроение было настолько хорошим, что во время закатного ритуала все племя раскачивать в такт и било в ладоши под детскую песенку:

Утром мне завтрака не досталось, точнее еда была, но я отдал её деткам им нужнее, а терпеть легкий голод Одыру было привычно. Первые три утренних часа провел привыкая к боевым стрелам, характер их полета сильно отличался от тренировочных с гранитным наконечником. По уму надо было потренироваться еще дня минимум два, но у меня, что называется свербило пониже спины, так хотелось испытать новое оружие в настоящем деле.

Когда солнце уже начало нестерпимо палить, и все хищники предпочли спрятаться в тень, я взяв с собой Лаща и братьев, вооруженных атлатлями, прихватив лук и четыре стрелы, вышел на охоту в савану. Целью было выбрано большое стадо газелей у водопоя, голов в тридцать если не больше. Обычно я не рисковал приближаться к водопою, опасаясь буйволов, но сегодня эти пугающие меня африканские быки откочевали километра на два южнее, так что у реки остались только гну, газели и зебры. На зебр и больших антилоп — гну, пока не научусь нормально стрелять, охотится смысла не было, что бы завалить такую тушу, нужно очень точное попадание в жизненно важные органы. Просто ранить их не дало бы ничего, отбегут раненые вглубь саваны и их потом сожрут другие хищники. Только время потеряю и драгоценные стрелы. А вот газели для моих стрел, просто оптимальная цель.

Как обычно в это время дня, ветер преобладал юго-восточный, то есть к водопою мы подходили с подветренной стороны, что было как нельзя более кстати. Приблизившись к стаду на двести метров, жестами показал мальчишкам, выдвинуться восточнее и спрятаться в траве. По опыту неудачных охот, уже уяснил, что напуганные антилопы, тут же убегают вглубь саваны. Я надеялся, что таким образом, если мне удастся ранить газель, то её убегающую смогут добить парни. Не то, что бы на это можно было реально рассчитывать, но такой шанс, при определенном везении и правда был.

Густая, пусть высохшая и давно пожелтевшая, под палящими лучами дневного светила, трава, надежно скрывала меня от глаз животных, а легкий ветер дующий прямо в лицо, прятал от их развитого обоняния. Ближе к водопою вся трава была вытоптана, открыв потрескавшуюся, пересохшую землю. Но на открытое пространство я не планировал выходить. Остановившись там, где трава была по грудь, опустился на колени, достал промасленную тетиву из поясного кожаного кошеля и стараясь не шуметь, накинул её на дугу лука. Затем разложил все три боевые стрелы с обсидиановыми наконечниками, перед собой и выбрал ту из них, которой получалось стрелять наиболее метко, тут же взяв её в правую руку. Теперь оставалось только ждать, ждать того момента как стадо газелей сместиться в мою сторону. Конечно велик шанс, что газели и не подумают так делать, а откочуют от воды в другую сторону, но я не настолько опытный охотник и стрелок из лука, что бы приблизиться к цели еще ближе, прячась в траве которая едва мне по колено. Точнее подкрасться то я как раз мог, Одыр и не такое был способен сделать, но вот как стрелять или метать дротики из положения лежа? А стоило бы мне подняться хотя бы на одно колено, как меня бы заметили и убежали быстрее, чем я успел бы произвести выстрел. Так что я предпочел выжидать в том месте которое мне удобно.

Ждать на солнцепеке еще то испытание. Примерно через полчаса пересохло в горле и возникли мысли о том, что надо было отправить мальчишек в обход, что бы они обошли стадо с юга и спугнули газель на меня. Отличная мысль, если бы не одно «но», а именно, если в неподвижную мишень я еще мог надеяться попасть, то попадание в спасающуюся бегством антилопу, до такого мастерства мне было еще очень далеко, месяцы, если не годы тренировок! Да и то, все эти рассказы слышные мной в той жизни, о суперлучниках попадающих в зайца с двухстах шагов, мне сейчас казались сказками ничуть не реалистичнее той же «Золотой рыбки» или «Аладдина».