— О'кей, Дик. — Бич снял передник и повесил на гвоздик за дверью. Затем повернул стрелку на табличке над входом с «открыто» на «закрыто». Обычно та спокойно висела на двери, но поскольку сегодня стекло было разбито, она раскачивалась и билась под напором ветра.

Бич помедлил и оглянулся на Дика с трудноскрываемым гневом.

— Она не предполагала делать ничего подобного, — проговорил он наконец.

Дик пожал плечами. Неважно: все уже сделано. — Она уже сделала это. И это важно. У ребят с картинкой все идет хорошо. А что касается Рут… никого подобного ей в городе нет.

— Но есть еще тот парень-чужак в местечке старого Гаррика.

— Он все время пьет. И он хочет копать. Скоро мусора уедут, и нужно чтобы все произошло как можно дальше от нас. — О'кей, Дик. Будь осторожен.

Дик улыбнулся.

— Нам всем нужно быть сейчас осторожными. Это как пить дать.

Он наблюдал, как Бич залез в грузовик и выехал задом на место перед фасадом "Хэвен Ланч", который последние 12 лет был домом старого Чеви. В то время как машина медленно двинулась по улице, осторожно огибая кучи битого стекла, Дик заметил тень под брезентом в кузове и рядом что-то еще, завернутое в лист прочного пластика. Самый крупный олень, какого Билл Элдерли смог найти за столь короткое время. Охота на оленей в июле грубейшим образом нарушала закон штата Мэн.

Когда пикап Бича скрылся из вида (ЗАНИМАЙТЕСЬ ЛЮБОВЬЮ, А НЕ ВОЙНОЙ. ГОТОВЬТЕСЬ И К ТОМУ, И К ДРУГОМУ. НАЦИОНАЛЬНАЯ СТРЕЛКОВАЯ АССОЦИАЦИЯ — гласила наклейка на задней двери), Дик вновь вернулся к закусочной и взял в руки недопитую чашку кофе. Как обычно, Бич варил крепкий и хороший кофе. Сейчас чашечка чудного кофе пришлась Эллисону очень кстати. Дик более чем устал — он истощился. Несмотря на то, что небо еще было светлым да и он сам принадлежал к тому сорту людей, которые не могут заснуть, пока по телевизору Нейшнл Антем не завершит работу последнего канала, сейчас он хотел одного — лечь спать. Сегодня выдался тяжелый и устрашающий день; он не завершится, пока Бич не сделает задуманное. Не то что бы горожане Хэвена могли прибрать тот беспорядок, в создании которого преуспела Рут Маккосланд перед тем, как будут уничтожены двое полицейских. Люди могли сокрыть множество вещей, но не то что эти присланные мусора находились на пути из Хэвена, где другой полицейский (всего лишь констебль городка, но мусор есть мусор, а эта еще в добавление ко всему была однажды замужем за Ральфом Маккосландом) погиб в результате взрыва.

Все перечисленное означало, что настоящее веселье еще предстоит.

— Если это можно назвать весельем, — кисло проговорил Дик в пустоту. мать, если даже я могу назвать это весельем.

В желудке от кофе появилась изжога. Но он продолжал по-прежнему потягивать его.

Издалека раздался мощный рев мотора. Дик повернулся на стуле и поглядел, как полицейские выезжают из города и мигалка на крыше их машины отбрасывает голубые, перемежающиеся с черными тенями сполохи на окружающие развалины.

8

Кристина Линдли и Бобби Тремэйн стояли плечом к плечу, глядя на белый листок бумаги в ванночке, и затаив дыхание ожидали, появится изображение или нет.

Понемногу оно стало появляться.

Контуры ратуши и башни с часами. Живые, реальные цвета. И стрелки часов показывали 3.05. Бобби издал долгий, низкий рык радости.

— Великолепно, произнес он.

— Не совсем, — ответила Кристина. — Еще кое-что. Он возмущенно повернулся к ней.

— Что? Что-то не так?

— Ничего. Все в порядке. Просто нам осталось сделать еще одну вещь.

Она не была некрасивой, но, поскольку носила очки и имела волосы мышиного цвета, всегда считала себя уродиной.