-Калечить или убивать из-за дурацкого состязания - гнусно! - вклинилась Гермиона.

-Вот-вот. А если я вылечу из этого Турнира, даже не знаю, что случится, - мрачно добавил я.

-А что тебе известно об испытании? - спросила китаянка, пошевелив длинными наростами на морде, почти как дядя Вернон - усами.

-Да ничего, говорю же! Пройти мимо вас, вот и все. Слышал еще, что у всех вас есть кладки, но какое отношение это имеет к заданию, не представляю!

-Я же говорила, самка, по идее, будет защищать гнездо, - напомнила Гермиона. - Может, что-то будет спрятано в нем?

-Я слышала о чем-то подобном, - сказала шведка. - И недаром ведь в кладке пустые яйца...

-В смысле? - не понял я.

-Пустые, без зародышей, - пояснила валлийка. - У меня такие же.

-У нас на несколько десятков яиц приходится одно оплодотворенное, и то еще неизвестно, вылупится ли детеныш, - менторским тоном произнесла хвосторога. - Иначе, Гарри Эванс, мы давно заполонили бы землю. Живем мы долго, хорошо плодимся в благоприятных условиях, как все животные...

-Интересное дело! - воскликнул я. - Откуда же взялось то яйцо норвежского горбатого, которое Хагриду подкинули? Неужто сперли из какого-то питомника?

-Не слыхала, - покачала головой валлийка, переглянувшись со шведкой. - Если и так, то не у нас.

-У нас пропаж не было. Чарли следит, - китаянка любовно пыхнула искрами из ноздрей. - Хороший человек. Глупый, но хороший.

-Люди все глупые, - вздохнула шведка. - Но ты права. Бывают и хорошие.

Она прикрыла желтые глаза, а я терпеливо ждал, скажет ли она что-нибудь еще.

-Давно это было, - произнесла она. - Лет сто назад...

-Мы же считали, меньше, - напомнила хвосторога.

-Да какая разница... Он летал, - шведка положила голову на скрещенные лапы. - Летал и упал, а я поймала. Как не раздавила, ума не приложу... Эти его крылья в щепки разлетелись, а сам он уцелел!

-Люди крепче, чем кажутся, - подала голос валлийка.

-Да... Только живут мало, - та закрыла глаза. - Но он обещал написать обо мне в... как ее? Книжке? Я хорошо его узнала, он должен был сдержать обещание.

-А когда это было? - шепотом спросила Гермиона и, выслушав ответ, сказала: - Я разведаю. Если он в самом деле написал книгу, то, даже если она вышла мизерным тиражом, сведения должны сохраниться!

-Ее могли не издать, - приземлил я ее.

-Это уже другой вопрос. Если не найдется, можно будет поискать родню, знакомых, они-то наверняка слышали его истории! - нахмурилась подруга. - Неужто этот человек позабыл встречу с драконом?

-Психиатры и не такое лечат, - буркнул я.

-Да, верно... - сникла Гермиона. - Но попытка не пытка! Папа поможет!

Зная ее пробивные способности, я не сомневался: хотя бы упоминания о том человеке она отыскать сумеет! Меня же больше волновало другое.

-Как же вы оказались в заповеднике, если... меньше ста лет назад, вы говорите, жили на свободе? - спросил я.

-Своей волей, - ответила шведка. - В моих краях уже некуда было податься. Кругом люди, самолеты... Летать можно только по ночам, и то с оглядкой, а питаться и вовсе нечем. Даже рыбу толком не половишь, кругом люди со своими приборами.

-Тут уж либо помирать с голоду, либо мириться с загоном, - вздохнула валлийка.

-А у нас драконов испокон веков разводили при императорском дворе, - добавила китаянка. - Но теперь другие времена. Меня продали в румынский заповедник совсем маленькой. А теперь, я слыхала, нет уже императора, и Китай не похож на прежний... Нам нет больше места в этом мире. Ну что ж, всё проходит...

Я молчал, не зная, что и сказать, Гермиона тоже, но тут из укрытия выбрался Невилл.

-Но это же ужасно, - сказал он, во все глаза глядя на четырех дракониц. - Так не должно быть!

-Чего именно? - мрачно спросил я.