— Грейнджер!

— Ничего не знаю. Война войной, а секс — по расписанию!

5

На Гриммо я вернулась, конечно же, вовремя, шмыгнула на свое место и успела даже выспаться, пока нас не разбудил Сириус.

— Вы чего вповалку спите? — спросил он. — Кроватей в доме мало, что ли?

— А ты зачем приперся? — поинтересовалась я, зевая. — Неприятностей мало, что ли? И где Тонкс?

— На кухне, Кричера гоняет. Сейчас завтракать будем.

— Вы тут останетесь? — спросил Рон, продрав глаза.

— Нет, мы к Тонксам, — помотал головой Сириус. — Сюда, сами знаете, может и Флетчер пролезть, и Снейп. Я просто подумал, что вы наверняка спрячетесь здесь, и угадал.

Еще б он не угадал, если я ему еще в «Норе» сигнальную монету всучила! Там теперь не только цифры даты были на ободке, но и буквы проявлялись. Так что не опознать «Г12» было бы сложно…

— Мы тоже двинем отсюда, — мрачно сказал Гарри.

— Только после завтрака! — решительно заявила Тонкс, заглянув к нам с поварешкой наперевес. Что это на нее вдруг хозяйственность напала? Или она этой поварешкой Кричера била? — Идите умывайтесь — и на кухню, всё готово.

— Надеюсь, ты не сама готовила? — с опаской спросила я, поднимаясь.

— Гермиона! Я в состоянии состряпать овсянку и сварить сосиски с яйцами!

— Правда, я пробовал и не умер, — подтвердил Сириус, гнусно хихикая, поднял парней и потащил их за собой.

Тонкс же посмотрела на меня, а потом зачем-то пошла за мной в ванную.

— Гермиона, — серьезно сказала она. — Живо оденься!

— А в чем дело? — не поняла я.

— У тебя… ну, на шее, короче…

— На шее у меня цепочка с монетой.

— Да не цепочка!

— А… ой, — я быстро натянула протянутый ею свитер с высоким горлом. — Бывает, увлеклись. Тебе хорошо, ты метаморф, никакой косметики не нужно!

— Пересекались? — осторожно спросила она, держа поварешку наизготовку. Не иначе, опасалась Обливиэйта.

— Ну не Рон же мне такой засос оставил! — я оттянула ворот и посмотрела в зеркало. — Да не один, чтоб ему…

— И…

— Кое-что полезное рассказал. Но вообще было чуточку не до того, — честно ответила я, возвращаясь в комнату.

— Гермиона, опасно так вот выходить из дома, — серьезно сказала Тонкс.

— Нет, я осторожно. И мантию у Гарри взяла, — тут я вспомнила, что не положила ее на место и быстро исправила промах.

— А он тут что… следил?

— Нет, я вызвала.

— Как?!

— Тонкс, Патронус, — напомнила я. Если она сама не подумала о монетах и связанных с ними возможностях, я и не скажу.

— Но это же опасно! Его заметить могут, и тогда…

— Много ты летом на комаров и мух внимания обращаешь? — фыркнула я, взмахнув палочкой, и комарик сел ей на щеку.

— Погоди, у тебя же был совершенно другой Патронус, — пробормотала она. — Ты показывала, лохматая такая зверюга, как ее…

— Росомаха. Ну, он и остался, а это так… для сверхбыстрой связи, а то тут мобильников с пейджерами нету, — вздохнула я.

— Гермиона, а ты знаешь, что волшебников, которые способны менять форму Патронуса по своей воле, считают неуравновешенными и крайне опасными, а то и одержимыми? — тихо спросила она.