Loading...
Изменить размер шрифта - +

– Можешь сказать, что последнее ты помнишь о вчерашней вечеринке, Сэмюэль? – спросил Деннис.

Я задумался.

– Вы пошли танцевать. Я искал Нэйтана. Почувствовал недомогание.

– Недомогание? – удивился Нэйтан.

– Да, дурноту… Голова сильно закружилась, я испугался, что хлопнусь в обморок.

– Ты много выпил?

– Нет, две или три порции.

Деннис подошел ближе.

– Мы видели не все, но вот что нам рассказали. Ты толкнул одного из журналистов. Он сделал тебе замечание, и ты вдруг взбесился – орал, оскорблял окружающих. Кто-то вызвал охрану. Ты попытался вмазать этой горилле, но он увернулся и ударил тебя по лицу. Ты упал как подкошенный и потерял сознание. Мы отвезли тебя домой.

Я онемел, потому что ничего не помнил и не узнавал себя в этом вульгарном грубияне.

– Кажется, он все забыл, – констатировала Рейчел, глядя на мое изумленное лицо.

Нэйтан закурил свой любимый «Винстон» и несколько мгновений всматривался в меня с озадаченным видом.

– Вы не оставите нас ненадолго? – попросил он.

Рейчел и Деннис явно удивились, но из комнаты вышли.

Нэйтан выдохнул дым и заговорил – очень серьезно, внушительным тоном:

– Я очень обеспокоен, Сэмюэль. Сначала идиотское послание на Фейсбуке, теперь этот припадок. Ты должен показаться врачу. Усталость и излишества никого до добра не доводят.

– Ты прав, я устал. Но не думаю, что…

– Ты себя разрушаешь! – Нэйтан взорвался, не дав мне договорить. – Ты навредишь своей карьере. На приеме был весь литературный бомонд, издатели, пресса, так что завтра новость разлетится по городу.

– Тебе прекрасно известно, что я не устраиваю сцен, не скандалю и уж тем более не дерусь.

– Вот именно! Перестанешь себя контролировать, все потеряешь.

– Я уже все потерял, Нэйтан.

– О чем ты?

– Я потерял любимую женщину, дочь… мечты и надежды.

– Вот об этом я и говорил… – Нэйтан встал. – Тебе нужна помощь. Я позвоню в Маунт-Синай и запишу тебя на прием. Встретишься с доктором Фаррелом, он психиатр и мой друг. Я ему полностью доверяю.

Слово «психиатр» неприятно резануло слух. Я вспомнил о безумии матери, о тяжелом детстве, о том, как уже подростком стал бояться, что проклятие падет и на мою голову! И вот теперь призрак безумия снова рыщет вокруг…

Я согласился с решением Нэйтана.

 

Против всех ожиданий мое скандальное поведение не стало главной новостью и предметом оживленных пересудов. Нэйтан нажал на все педали – уговорил тех, на кого я напал, не подавать жалобу, и объяснил прессе, что у меня случился нервный срыв и я сразу пожалел о содеянном. Репутацию мою случившееся, конечно, подмочило, но меня волновало только мнение издателя. Джерри Снукер прислушался к аргументам Нэйтана, кроме того, хорошие продажи гарантировали мне некоторый иммунитет.

 

– У вашей матери была шизофрения, – сообщил он во время второго визита.

Быстрый переход