- Вы говорите, что...

- Ты все стерла, - ответил ей Макс. Он был таким усталым, казалось, у него не было сил даже злиться. - Ты хотя бы понимаешь, что ты наделала?

- Нет! - завопила Софи. - Этого не может быть!

- Черт возьми, что с тобой творится, Софи? Ты где ни наступишь, там обязательно случается какое-то несчастье! Если бы я знал о твоей способности все разрушать, я б посадил тебя в детский манеж и просил миссис Флойд, чтобы она присмотрела за тобой! Меня здесь не было менее двух суток, и что я обнаружил по приезде? Мой роман отправлен далеко на небо, а ты и Джим Гринэвей рвете обивку на моей мебели!

- Макс! О, Макс, мне так стыдно! - Софи была вне себя от горя. - Мне хотелось прочитать начало, и я так расстроилась, когда все прервалось, что я не думая начала нажимать какие-то клавиши. О Макс! Неужели я все стерла?!

Это было настоящее горе. Лицо Софи сморщилось и полился водопад слез, она причитала, как одержимая. Если бы Макс высек ее, ей стало бы легче, с нее свалился бы страшный груз ее настоящей вины. Ей было так жаль его нового романа. Вина ее была огромной: в своем нетерпении и невежестве она уничтожила нечто прекрасное, что было так сложно восстановить, совершила невообразимое преступление. Софи никогда не извинялась, но тут она просила снова и снова прощения среди потока искренних слез.

Макс явно не ожидал, что она будет так вести себя.

- Ради Бога, Софи, - наконец вздохнул он, - хватит плакать, ну успокойся! Я не стану тебя бить.

Прерывисто вздохнув, она искоса посмотрела на него, как бы проверяя, правду ли говорит Макс. Что он не накинется на нее и не разорвет на кусочки.

- Жаль, что Джим тебя сейчас не видит, - скривил губы Макс. - Твой вид охладил бы его пыл. Когда ты ревешь, то становишься такой страшной, как семь смертных грехов!

Оскорбление прозвучало как отпущение грехов.

- Вы.., вы не сердитесь на меня? - рыдала она, пытаясь вытереть глаза, из которых все еще ручьями текли слезы.

- Конечно, я злюсь на тебя, черт меня побрал! Я просто вне себя! Ты что ждешь чего-то иного?

- Я.., я введу текст в машину для вас...

- Весьма мило, Софи, но у меня нет в запасе сотни лет.

- Я уже печатаю со скоростью двадцати, - всхлип, всхлип, - слов в минуту...

- Браво, тем лучше для тебя. Ладно, начало мне все равно не нравилось. Попробуем переписать все снова. - Он уже пытался ее успокоить, но...

- Нет! - взорвалась Софи. - Вы не должны это делать, начало было превосходным. Вы не должны менять ни единого слова!

- Я забыл выучить начало наизусть. - Макса позабавило, что он получил похвалу из такого источника, на который и не рассчитывал.

- Пожалуйста, пожалуйста, - умоляла Софи, - разрешите мне хотя бы попробовать ввести в машину текст, пока вы станете работать над следующей главой. Может, вы вспомните что-то важное, когда я наберу текст на экране. Мне стало бы гораздо легче, если вы разрешите мне это сделать!

Макс ответил не сразу, он просто оторопел от того, как умоляла его Софи.

- Я даже не мог себе представить, что увижу тебя в таком состоянии, вслух начал рассуждать Макс. - Значит, что-то в книге растрогало тебя, не так ли?

- Да, - призналась она. - И вы прекрасно понимаете, в чем дело.

Софи смотрела на него, ее глаза еще были влажными и очень красивыми.

- Сэлли Росс? - подсказал он ей, снова усаживаясь на стул. Ему нравилось ее смущение. Софи просто кивнула и потупилась.

- Сэлли Росс! - повторил Макс. - Но в ней нет ничего общего с тобой, запомни это! Ты влезла в нее и начала издеваться над ней, и тогда Сэлли Росс решила поискать себе местечко в другой книге. Я даже не сразу понял, что же там происходит. Когда я осознал, то встал в сторонку и решил, пусть победит сильнейший! Филипп Норт все еще не понимает, что же с ним случилось! Бедный-Филипп!

Неожиданно для себя, ни о чем не думая, Софи встала, подошла к Максу, обняла его, и в ее жесте было настоящее обожание.