– А чего темно так? – спросил Костя, он последний час лежал на столике с закрытыми глазами, так что после отключения света ему не пришлось сильно привыкать к смене освещения, а у Саши и вовсе со зрением было все отлично. Даже сверхотлично, он прекрасно видел, хотя теперь и преобладали синие и красные цвета. Вероятно, травма затронула не только мозг, но и глаза. – Хоть глаз выколи.

– Ну, Лешку же ты увидел, – пробормотал Саша, беря друга под руку и вытаскивая его на улицу. Как только они вышли, он посадил товарища рядом с бревенчатой стеной бара. – Сиди здесь, я сейчас вернусь.

Внутри еще оставались живые, нужно их обязательно подготовить к прибытию «Скорой». А она должна прибыть. Рано или поздно. Хотя хотелось бы, конечно, вовремя. Александр зашел внутрь и огляделся. Стояло и сидело во всем зале только трое. Из примерно пятидесяти.

– У кого есть газовая зажигалка? – спросил он громко. Один из парней дернулся, оглядываясь в темноте. Затем полез в карман и зажег маленький огонек. – Отлично! Спасибо. – Саша подошел к парню и, взяв его под руку, выволок в центр зала. – Все, кто видит свет, идите аккуратно ко мне, оставьте родных и близких, сначала определимся, кто живой.

– Но как же? – начала девушка, сидящая в дальнем углу. У нее на коленях лежала голова мужчины, и она нервно перебирала его волосы.

– Слушайте меня внимательно! Сначала выходят живые, потом мы вынесем раненых. – Черт, как бы это сказать потактичнее и так, чтобы не ворваться в истерику. – С остальными разберемся позже.

– Тебя как зовут, начальник? – пробормотал парень, которого он держал за руку.

– Меня зовут лейтенант Александр Сухов. И я прошу всех подойти к источнику света, – громко сказал он, наблюдая за тем, как встает еще один мужчина, которого он посчитал раненым. – Отлично, подходите к свету! Выведешь всех на улицу, а я пока посмотрю, сколько живых осталось, договорились? – сказал он полушепотом человеку с зажигалкой. Тот кивнул.

В результате из бара вышло трое. Если считать его и Костю, то получалось пять переживших этот кошмар без последствий или почти без таковых. Оставалось выяснить, сколько раненых. Объединение слуха и зрения оказывало ему в этом неоценимую услугу. Сняв бесполезные наушники, он не только прекрасно видел в темноте, но и мог рассмотреть, кто дышит, а кто нет. К сожалению, последних было большинство. Подойдя к ближайшему пострадавшему, он аккуратно проверил сердцебиение, положив пальцы на шейную артерию. Слух его не подвел, сердцебиение, хоть и слабое, было.

Взяв мужчину под мышки, он с трудом потащил его к выходу, стараясь не наступать на тела погибших. Получалось не очень, Саша то и дело спотыкался о чью-нибудь руку или ногу. Расстояние в десять метров заняло у него почти пять минут, и, когда он вытащил наружу первого раненого, его встретил уже почти протрезвевший Костя.

– Помочь? – спросил приятель чуть севшим голосом. Александр кивнул и, опустив мужчину на тротуар, с трудом выпрямился.

– Давай так, сейчас дверь подопрем, я раненых буду к порогу подтаскивать, а ты выноси, – сказал он приятелю. – Понял?

– Понял. Чего тут не понять, – кивнул Костя, оттаскивая тело в сторону.

Александр зашел внутрь и прижал дверь ближайшим стулом. В помещении стало гораздо светлее. Благо солнце еще не село. При открытых дверях из-за шума с улицы ориентироваться по звукам было гораздо сложнее, но он, в общем, справлялся. За следующие двадцать минут им удалось вытащить из помещения всех раненых, а потом и погибших. Соотношение получилось катастрофическим.