— Кто это женщина?

— Ее зовут Сабрина Руссо. Она в Италии по делам. Так как я частично виноват в том, что она получила травму, я счел себя обязанным проявить гостеприимство и пригласил ее домой.

Это было одной из тем, которые они старались не обсуждать. Его мать знала, почему во время своих нечастых отъездов из Рима Марко предпочитал жить на своей вилле, а не в фамильном дворце в Неаполе, принадлежащем их семье на протяжении нескольких столетий. Во дворце ему по-прежнему был отведен целый этаж, который они с Джанеттой занимали во время своего недолгого брака. Они жили там, пока Марко не принял предложение возглавить нейрохирургическое отделение в одной из детских больниц в Риме.

Палаццо д'Калветти по-прежнему оставалось его домом, но после смерти Джанетты Марко предпочитал помпезному дворцу уединение своей виллы. Его мать все прекрасно понимала, но не одобряла одиночества, на которое он себя обрек. Они довольно часто ужинали вместе, и это ее немного утешало. Кроме того, с ответственностью относясь к своим обязанностям, Марко бывал на многочисленных благотворительных вечерах и светских мероприятиях, включая и традиционный ежегодный бал в канун Нового года.

— Кстати, мама, если мисс Руссо задержится до начала праздника в честь святого Сильвестра, я хотел бы пригласить ее на бал. Точнее, я уже ее пригласил.

В трубке повисла тишина. Марко догадывался, что эта новость лишила его мать дара речи. После того как Джанетта погибла, он ни разу не появлялся в обществе со спутницей. И у него были на то причины.

После гибели Джанетты его еще долгое время преследовали папарацци, которые и сейчас время от времени напоминали о себе. Одна желтая газетенка даже провозгласила его самым завидным женихом Италии. Марко не желал, чтобы его личная жизнь стала предметом сплетен, поэтому его контакты с женщинами были минимальными. Ему и в голову не приходило пригласить одну из них на бал, который устраивали еще его предки. То, что в этом году он собирался нарушить правило, объяснялось просто. Сабрина проведет в Италии еще несколько дней, после чего она уедет в страну по другую сторону Атлантики.

И между ними существует влечение, которое исчезнет, как только закончится их короткий роман.

Марко уже решил, что он непременно будет. Прошлой ночью он изнывал от тоски по длинноногой американке с красивыми живыми глазами и светлыми волосами, в которых пряталось солнце. Это желание нисколько не утихло после беспокойной бессонной ночи. Увидев ее сегодня в библиотеке, он ощутил новый приступ вожделения.

Сабрина также не скрывала своего интереса. Он понял это еще вчера в лифте по ее зардевшимся щекам и прерывистому дыханию после поцелуя.

Марко глубоко вздохнул. В следующий раз, когда он ее поцелует, он постарается не забыть о ее травмированной ноге. Пока он думал над своим следующим шагом, его мать оправилась от изумления.

— Да, конечно, приходите. Я попрошу своего секретаря добавить ее в список гостей. Напомни мне ее имя?

— Сабрина Руссо.

— Руссо. — Его мать снова позволила себе фыркающий смешок. — Должно быть, ее предки были родом откуда-то с севера Италии. Если бы они были с юга, ее фамилия была бы Росси.

— По этому поводу ничего сказать не могу, так как мы не обсуждали ее родственников.

Впрочем, как понял сейчас Марко, они много чего не обсуждали. Он знал только, что Сабрина приехала в Италию по делам фирмы, совладелицами которой были также две ее подруги.

— Приезжайте с ней завтра на ужин, — вдруг заявила его мать. — Я хочу с ней познакомиться.

— Сначала я должен узнать ее планы, — спокойно сказал Марко. — Я позвоню тебе. Ciao.

— Завтра, — строго напомнила герцогиня, прежде чем повесить трубку.

Марко не удержался от улыбки. Мария ди Кьявари вышла замуж за герцога более сорока лет назад.