На сей раз Сабрине повезло гораздо меньше, и она почти пожалела, что рядом с ней нет влиятельного герцога. Тем не менее предложенная цена была гораздо ниже озвученной в Равелло.

— Жаль, — сказала она Марко на обратном пути на материк. — Я рассчитывала на Равелло — комнаты для отдыха там гораздо больше и оборудование для презентаций лучше. Я еще, конечно, подумаю и, может, позвоню Донатти. Если он согласится уменьшить сумму еще хотя бы на пять процентов, я, скорее всего, соглашусь.

Просмотрев бумаги, Сабрина засунула их в кейс и расслабилась, чувствуя радость просто оттого, что рука Марко лежит на спинке ее сиденья в моторной лодке. Скоро они уже были на берегу.

— Как твоя нога? Не болит? — спросил Марко, когда она села в «роллс-ройс».

— Почти нет.

— Тогда как насчет еще одной поездки?

— Без проблем. Куда?

— Моя мать велела привезти тебя на ужин, — напомнил Марко с улыбкой. — Но если ты не хочешь с ней встречаться, мы не поедем.

— У меня ничего не болит, так что едем.

— Ты уверена? Я люблю свою мать, но иногда она бывает невыносима.

— Можешь не сомневаться — меня голыми руками не возьмешь. У меня богатый опыт в отстаивании своей точки зрения.

Марко сел в водительское кресло и пристегнул ремень безопасности, не отрывая от нее задумчивого взгляда.

— Когда-нибудь я попрошу тебя рассказать мне о твоем отце.

— Договорились, — легко согласилась Сабрина. — Когда-нибудь я тебе о нем расскажу.

Но точно не сейчас, когда море окрашивалось в розовый цвет, а день в горах сменялся ранними декабрьскими сумерками. Сейчас Сабрина хотела только одного: любоваться потрясающим видом Неаполитанского залива и наслаждаться компанией умного, красивого мужчины.

— Но тогда ты должен будешь рассказать мне о своем отце, — добавила она. — Мне хотелось бы узнать о тебе чуть больше, до того как я познакомлюсь с твоей матерью.

— Пожалуйста, — пожал плечами Марко. — Мой отец умер, когда мне было четыре года. Я его почти не помню. У меня есть сестра, Анна-Мария. По профессии она скульптор, работает в основном с бронзой. Муж у нее тоже скульптор — возможно, ты слышала об Этьене Жераре? Оба живут в Париже.

— Этьен Жерар? — переспросила Сабрина и воскликнула: — Конечно! Несколько лет назад я была на выставке его работ. Его скульптуры производят очень сильное впечатление.

— Невероятно сильное, — согласился Марко, усмехнувшись. — Я так и не понял, какую идею он пытается передать своими работами из ржавого железа.

— А твоя мать?

— Мама... — Усмешка сменилась любящей и одновременно грустной улыбкой. — Она родилась в Неаполе. В ее венах течет кровь греков, римлян, византийцев, норманнов, французских королей. Ее отец был противником фашизма и принимал участие в освобождении города в сорок третьем году. Позже он стал членом Парламента и активно боролся с организованной преступностью, за что и поплатился. Люди мафии застрелили его на ступеньках его же дома. После смерти отца мама продолжила его дело. Она также добилась, чтобы ее избрали в члены парламента и работала там до тех пор, пока не вышла замуж за герцога, моего отца. Сейчас она в основном занимается благотворительностью.

— Наверное, твоя мать замечательная женщина.

— Так и есть.

Сабрина поняла, что перспектива познакомиться с герцогиней привлекает ее все больше.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Во время поездки Марко рассказывал историю своей семьи и предков.

Резиденцией герцогов Сан-Джованти сначала был замок, возведенный на холме на севере Неаполя. В 1523 году его предку был пожалован титул герцога, в обязанности которого входило защищать богатый торговый порт от нападения.