– Ну, что ж, мы готовы, – заговорил Крис. – Бакстеру так и не удалось установить связь с камерами «Самсона», поэтому сложно сказать заранее, что нас ждет, когда откроются двери. Может, эти твари подохли с голода. Может, уснули, впали в гиперсон, и мы просто соберем их в кучку и отправим прямиком в космос. А может, они ждут не дождутся, когда смогут наброситься на нас. Если так, то и мы будем готовы, – он кивнул в сторону собранного шахтерского оборудования. – Итак, есть вопросы? Мы ничего не упустили? Если остались вопросы, лучше задать их сейчас.

Все молчали. Хупер прошелся взглядом по каждому члену экипажа, словно еще раз приглашая высказаться. Напоследок он внимательно посмотрел на Рипли, вновь ощущая нечто, что дарило ему надежду. Ее стойкость, сила…

И гнев.

– Отлично, – заключил Крис. – Вы все знаете, что нужно делать.

В правой стороне круглого коридора, больше походившего на холл, была дверь в еще один коридор, за которым располагались третий и четвертый стыковочные отсеки. Каждый из них, в свою очередь, начинался с основательной двери (внутреннего люка), за которой был шлюз – переходная камера, достаточно большая, чтобы в ней поместились все. Дальше, за внешним люком шлюза, был стыковочный узел длиной в десять футов, через который можно было попасть сначала к внешнему люку станции, а потом и пристыкованного корабля.

В командном пункте – главном дистанционном манипуляторе – остались Бакстер и Ляшанс. Пилот должен был помочь в управлении шлюза, в открытии люка «Самсона», а также следить за системой регулирования состояния атмосферы, а в обязанности связиста входил контроль за состоянием открытых каналов связи. Каждый из команды взял себе по гарнитуре с микрофоном. Пока все сохраняли тишину.

Предварительно Хуп еще раз напомнил, что именно он будет координировать действия. Рипли заметила, как все облегченно вздохнули.

Пока Пауэлл и Велфорд восстанавливали поврежденный механизм двери, ведущей из коридора в шлюз, команда с волнением ждала в круглом коридоре. Сквозь иллюминаторы Эллен всматривалась в корпус «Самсона», закрепленный в тридцати футах от нее. С виду – безобидное судно. Но Рипли знала, что находится внутри, видела изображения, полученные с борта, и этого было достаточно, чтобы почувствовать накатывающий ужас. В неподвижном безмолвном корабле таились настоящие чудовища, монстры из ее кошмаров, и чужие готовились выпрыгнуть ей навстречу.

Эллен бросило в дрожь, потом выступил пот. Она попыталась успокоиться, выровняв дыхание. Не хватало еще, чтобы другие почувствовали ее страх.

Рипли отвернулась и посмотрела на то, что было когда-то первым и вторым отсеками. Крис приводил ее сюда, так что картина была знакомой, но не менее шокирующей. Как много людей погибло здесь! Эллен удивлялась везению других, ведь станция могла сгинуть сразу. Люди остались в живых, судьба подарила им шанс, пусть даже они порой ощущали, как медленно, но верно разрушается «Марион».

– Велфорд, что у вас? – спросил Хупер.

– Почти закончили, – отозвался тот. – Ляшанс, готов повысить давление?

– Готов, – ответил пилот с мостика.

– Действуем, как договаривались, – напомнил Крис. – Как можно медленнее. Как можно аккуратнее. И тихо.

«Если они вообще ориентируются на слух», – подумала Рипли. Ее сердце тяжело стучало в груди, а капли пота стекали по спине. Касьянова дала ей кое-какую одежду, и, судя по размеру, принадлежала она не доктору. Интересно, чья она? Рубашка и брюки были тесноваты, но в общем годились, а вот куртка тянула под мышками. Ботинки на Рипли были с «Ностромо». За них, наверное, можно было бы выручить немаленькую сумму на аукционе.