А потом Ляшанс открыл внешний люк и впустил песчаную бурю внутрь корабля.

– Похоже на… кожу, или что-то в этом роде, – предположил Ляшанс.

– Они сбросили старую, – Рипли подошла к ним, держа болтомет перед собой. – Такое случается каждый раз, когда твари растут, переходят в новую стадию. А вы видели, как быстро они это делают.

– Сколько же их там? – Крис почти двинулся вперед, чтобы разворошить ботинком нечто бледно-желтого цвета. Но что-то удержало его на месте. Было противно. Противно даже думать о соприкосновении с кожным покровом тел безобразных тварей.

– На нашу долю хватит, – ответила Снеддон нервно, и Крис подумал, что ошибся в ней. Он засомневался, можно ли доверять Карен пистолет с кислотой.

С другой стороны, боялись они все, без исключения.

С посадочной площадки, где ветер немилосердно трепал их, испытывая на прочность песком, до входа в туннель они пробрались без особых происшествий. Да, если не считать зверски вопящий ветер, сбивающий с ног волнами песка. Конечно, это впечатляло после пребывания на корабле с контролируемым климатом.

Привычного освещения внутри туннеля не оказалось, но следы борьбы можно было увидеть и при помощи фонариков. Импровизированное заграждение шахтеры соорудили из складских контейнеров и канистр. Баррикада разрушена, ее части перевернуты, растоптаны, разбиты или взорваны. Потолок и стены исполосованы, а неровная поверхность пола вздыблена и покрыта пузырями. Везде виднелись пятна от кислоты, но тварей, которые ее разбрызгивали, ни в каком виде почему-то не оказалось.

Команда дошла до конца туннеля и встала перед закрытой тяжелой дверью, ведущей в купол, нависающий над шахтой. Но открывать не спешили. Воспоминания о том, что случилось в прошлый раз в сходной ситуации, были свежи.

– Можно взглянуть, что там внутри? – не выдержала Эллен, кивнув на дверь.

– Бакстер? – обратился Хупер.

– Возможно, получится установить связь с камерами слежения в шахте, – ответил Джош.

Он осторожно опустил горелку на пол и из широкого кармана скафандра достал планшет.

Буря гремела над туннелем, бросая тонны песка в металл, завывая ветрами вокруг изогнутой, покрытой углублениями оболочки. Словно пыталась прорваться внутрь. Но туннель и металлический купол создавались как раз для защиты от подобных вторжений недружелюбной стихии. Около тридцати лет назад Компания влила массу денег, чтобы прорыть шахту. И ее обеспечение, в том числе и обеспечение безопасности, было настоящей головной болью. Но щедрые запасы тримонита заставляли преодолевать любые трудности, связанные с его добычей. Ценность вещества такова, что его использование в промышленности, на нужды науки и прогресса или даже в качестве редкого украшения окупало все расходы.

Как и принято в мире капитала, меньше всего от баснословных прибылей доставалось рабочим, тем, кто храбро встречался лицом к лицу с прелестями чужеродной планеты, с опасностями, которые она таила либо, не стесняясь, обрушивала на гостей.

– Так системы в рабочем состоянии? – нетерпеливо спросила Рипли.

– Да дай же мне пару минут! – с досадой крикнул Бакстер. Он присел на корточки и положил планшет на колени.

«Пока вроде неплохо», – подумал Хуп, хотя и понимал, что они только в начале пути и уже за этой дверью их могло ожидать все, что угодно.

Твари могли заполнить и верхние уровни шахты. Он представил внутренность купола в виде гнезда, кишащего тысячами пришельцев-малодневок. Они могли сновать по полу, взбираться по стенам и свисать с потолка, и повсюду – масса того вещества, которое было на борту «Самсона».