Леди Геррит ответила сердечным рукопожатием.

— Как вы тут, мой дорогой?

— Прекрасно. — Он взял ее под локоть и проводил до дивана, стоявшего у камина, — оазиса тепла и света в этом мрачном зале. — Я был занят делами отца и приведением в порядок этого замка.

Леди Геррит осмотрелась.

— Представляю, сколько труда и времени требует этот дом.

Саймон усмехнулся:

— Я собираюсь нанять кого-нибудь для внутренней отделки, когда рабочие закончат свое дело.

— Да, теперь ясно, почему вы не приезжаете в Лондон.

Дом и дела были причиной его нежелания бывать в Лондоне. Но имелись и другие причины, почему он уцепился за свои обязанности землевладельца.

— Я никогда не любил городское общество.

— Вы понимаете, что о вас говорят все в городе? Вы — герой войны, тайный агент Адмиралтейства. Вас называют «таинственным лордом». Каждая хозяйка хочет быть первой, кто пригласит вас на свой вечер.

— Разве вы прибыли сюда просто для того, чтобы рассказывать мне, что я стал предметом всеобщего увлечения?

— Нет. — Леди Геррит положила руки на колени. — Я проделала такой путь, чтобы пригласить вас ко мне на бал.

Саймон удивленно посмотрел на нее;

— На бал?

— Я устраиваю вечер в честь Анны двадцать шестого числа этого месяца и очень хочу, чтобы вы присутствовали на нем.

Саймон удивленно посмотрел на гостью:

— Вы хотите, чтобы я присутствовал на балу в честь Анны?

— Именно так. Если кто-то и сможет нарушить затворничество «таинственного лорда», так пусть это буду я.

В памяти всплыли слова Эмилии: «мы встретились на балу в доме моей бабушки в Лондоне». Прошла целая вечность с тех пор, как они оказались вовлечены в эту фантазию. Ах, как бы хотелось возродить эти мечты! И как это опасно! Слишком опасно. Совместная жизнь не может быть построена на фантазиях.

— Я не очень уверен, что это хорошая идея.

— Почему же?

— Было бы не совсем мудро воскресить Шеридана Блейка, — произнес Саймон с горечью в голосе. — Это может вызвать проблемы для всей вашей семьи.

— Чепуха! Благодаря лорду Пембертону Эмилия стала любимицей общества. Все хотят знать о ее участии в выслеживании преступников.

Саймон улыбнулся:

— Я рад слышать, что репутация Эмилии не пострадала.

— Все это только благодаря вашей помощи. Саймон отмахнулся от благодарности:

— Я тот, кто едва не стал причиной скандала.

— Это была не ваша вина.

— Я просто рад, что никто не пострадал из-за происков моего отца.

— Приезжайте в Лондон, Саймон. Приезжайте на мой вечер.

Саймон посмотрел на огонь, на красновато-золотистое пламя, так похожее на волосы любимой женщины. В Лондоне ему не удастся от нее спрятаться. Городское общество не велико. Понадобилось время, чтобы успокоить раны, которые остались в его душе. Он не хотел растравить их снова.

— Я не принимаю предложение — мне нечего делать в Лондоне.

— Нечего? А я думала, что у вас есть там кое-какие дела. Вас там ждут.

Саймон посмотрел на нее, старательно скрывая под маской бесстрастия свое нетерпение.

— Скажите, уважаемая леди Геррит, что за план созрел в вашей очаровательной голове? Она пожала плечами:

— Я думаю, настало время помириться с Эмилией.

Саймон почувствовал, как что-то зашевелилось в груди, может быть, надежда?

— Эмилия знает, что вы здесь?

— Я сказала ей, что отправляюсь на несколько дней навестить друга.