Раны не беспокоили его, он даже почти не чувствовал боли. Хотя ещё недавно от вида крови Виллафрида мутило.

Он сидел, раз за разом прокручивая в голове текст сообщения. «Один из персонажей на данный момент заменён пользователем». «Какой именно — неизвестно».

«Заменён…»

«Неизвестно…»

Значит, всё-таки нашёлся кто-то, готовый вмешаться в игру и лишить его наследства…

Глава 37

Я оказался в просторном холодном ангаре, где человек двадцать суетились, готовясь к отлёту на здоровенных вертолётах, у каждого из которых было по четыре расположенных друг за другом пропеллера. На чёрных матовых боках белели нанесённые через трафарет «N». Пахло топливом, резиной и металлом.

Возле горы железных ящиков, которые грузили на борт одной из вертушек, стоял охотник в камуфляже — к нему я и направился, так как, судя по виду, он чем-то заправлял. Может, это даже был сам Вагнер.

Когда я собирался обратиться к нему, всё вокруг вдруг подёрнулось искрящейся пеленой, изображение поделилось на смещающиеся полосы, и раздался треск помех. Длилось это около двадцати секунд. Сбой игры — крайне редкий случай в серверах, подобных «Идавёлю», поэтому я удивился. Когда изображение восстановилось, передо мной возникло полупрозрачное окошко с тревожной жёлто-чёрной полосой:

ВНИМАНИЕ!!!

Игра была взломана. Протоколы безопасности нарушены.

Один из персонажей заменён пользователем.

Вот это новость! Похоже, у меня в «Полночном рыцаре» появился конкурент. И теперь мне следовало оглядываться, даже играя с союзными персонажами, потому что и Сергей, и Анна, и Изольда — да вообще любой герой — могли оказаться юзером, вошедшим в программу.

Вероятно, один из геймеров, которых нанимал до меня Виллафрид Герстер, решил попытать счастья ещё раз. Ну, или, что казалось мне более вероятным, продал пароль доступа к игре кому-то заинтересованному — нет, не в счетах корпорации, а в том, чтобы Виллафрид не получил наследство. Наверняка такие имелись в правлении «Идавёля» или конкурирующих кампаниях. В общем, я б не удивился, попытайся кто-нибудь из персонажей пристрелить меня в самый ответственный момент. Конечно, было понятно, что он не станет выдавать себя, пока я не окажусь у финиша, — поглядит, что у меня получится. Но в конце придётся завести глаза и по бокам, и на затылке. И, если мамочка или лучший друг (а то и милая подруга) окажется рядом, когда я вот-вот получу последнюю часть пароля, придётся пристрелить его — просто на всякий случай. Звучит цинично, но это же всего лишь игра. На самом деле никто не пострадает. Затем я выйду из игры с добычей, получу от Виллафрида оплату, сделаю операцию на позвоночнике и отправлюсь праздновать победу на виртуальную Ибицу. А потом приступлю к воплощению мечты. С деньгами можно стать, кем захочешь, — в этом их главная, если не единственная подлинная ценность. Не материальная, а духовная, так сказать.

Я подошёл к мужику в камуфляже. Он жевал жвачку.

— Привет. Как жизнь?

Охотник нехотя повернул голову. Его грубое лицо украшал косой, неаккуратно сросшийся шрам, пересекавший левую бровь и щёку до самого рта.

— Любитель охоты? — спросил мужик хрипло и перекатил языком жвачку.

— У меня оплачен рейд в группе Вагнера.

— Это я, — охотник проверил мою оплату по маленькому планшету, который вытащил из кармана. Его пальцы покрывала татуировка, на указательном поблёскивало кольцо с гравировкой. — Сейчас отправимся. Пока что получи экипировку. Гелиосские топи — место опасное, там надо смотреть не только по сторонам, но и под ноги.