|
Точность была наименьшим ее достижением. Она могла пересечь весь курс, десять квадратных миль прочно засесть где-нибудь в северном лесу и ни разу не быть замеченной со сторожевой башни или солдатами. Она не попадалась в течение десяти дней к ряду. Но все же от него можно было редко услышать похвалу и она была благодарна, когда она получила ее. Его бы схватил инсульт, если бы он прознал об истинных ее «талантах».
— Спасибо, — сказала Херон. — Вы очень добры.
— Пришло время начать новый курс, — сказал Латимер, жестом приглашая ее следовать за собой. Она все еще была расслаблена в следствие последнего ее испытания, дыхание и пульс приходил в норму, но она держала свое восстановление внутри, не выказывая никаких признаков усталости, пока шла за ним через комнату. Он показал на кресло, а когда она села, Латимер вывел из спящего режима голографический проектор. В центре комнаты появился значок (ей никогда раньше не давали смотреть ничего, что выходило бы за рамки необходимого), и она ухватилась за то, что показывали. Голограф замерцал и внезапно комната наполнилась людьми, застывшими на одно месте: мужчины и женщина, большинство из них были в форме. И эту форма она не узнала. Женщина выглядела в точности как Херон: такие же темные волосы, такой же разрез глаз, такое же телосложение и кожа. Мужчины на изображении были тоже похожи. Херон в таком облике видела только себя и других девушек, что были созданы для шпионажа, поэтому сделала предположение, что комната была заполнена моделями Тета, но почти сразу же эту мысль отбросила. Люди были разными по возрасту и росту; они скорее выглядели как «человек», по образу которого и были сконструированы Тета.
— Это китайцы, — сказала она. — Это китайская военная форма, что означает… — она оглядела комнату, анализируя их позиции и отношения, потом показала на невысокого лысеющего мужчину: — Он командир, а мужчина рядом с ним — его заместитель. А трое позади — телохранители. Это с ними мы воюем?
Латимер склонил голову: — Я и не знал, что ты уже знакома с программой.
— Я и не знакома, — сказала Херон. — Это просто кажется очевидным.
— Очевидным, — повторил Латимер с тенью улыбки на лице: — Как много ты знаешь об Изоляционной Войне?
— Это война, для которой нас тренируют.
— И?
— И это все.
— Очевидным, — снова повторил Латимер. — Ты никогда в своей жизни не встречалась с китайцами, ты ничего не знаешь о природе этой войны, но от одного лишь взгляда на изображение ты интуитивно поняла, кто они такие и как взаимосвязаны. У тебя просто отлично развита наблюдательность.
— Спасибо, — снова сказала она.
— Изоляционная война, — сказал Латимер: — это их ошибка. И вина за все это лежит только на них. Нам она совсем ни к чему. Если бы они только дали нам сразу то, что мы хотели, никто не стал бы воевать.
— А чего мы хотим? — спросила Херон. Инструкторы были очень скрытными, если вопрос касался характера войны, да и о природе всего мира тоже, если уж на то пошло. Она знала учебный центр как свои пять пальцев, но ничего не знала о том, что лежит за его пределами. Если Латимер был в настроении поболтать об этом, она собиралась узнать все, что только смогла бы.
— Мы хотим того же, что и все остальные, — сказал Латимер. — Запасы природных ресурсов. Ресурсы — это буквально то, чего хотят все и чего уже недостаточно. Давай немного отойдем, чтобы ты смогла увидеть все. Самый ценный ресурс в мире — это энергия, энергия вырабатывается из нефти, которая берется отсюда. — Он махнул рукой и люди исчезли, на их месте появилось меню, которого Херон прежде не видела У нее было достаточно времени, чтобы прочитать названия папок, прежде чем он выбрал одну и список исчез: Австрия, Изображения, Индонезия, Япония, Карты, САОИ, Росся и Тета. |