Команда Кирилла остановилась там же, в здании почтамта. Местные почтальоны обитали на втором этаже, а для приходящих они оставили третий. Судя по пыльным пустым комнатам, почта до Новгорода в те дни доходила редко. Мебели на этаже практически не осталось. Ее еще зимой порубили на дрова. Местные почтальоны пожертвовали для Кати приличный на вид диван, а Кириллу с Кристиной пришлось спать на полу, завернувшись в одеяла. Ну или развернувшись на одеялах — это зависело от того, какая трактовка слова "спать" была ближе к тому, чем они занимались ночью.

Алекса заглянула к ним в первый же вечер. Как она сама сказала:

— Зашла на почту, и дай, думаю, вас проведаю. Как Катя? Доктор заходил?

— Заходил, — ответила Кристина. — Понавыписал кучу лекарств, пошутил, что будет удивлен, если мы найдем хотя бы треть из его списка и сказал, что жить она в любом случае будет.

— Это главное, — сказала Алекса, оставила для Кати яблоко и ушла.

Следующим вечером, перед самым закрытием почтамта, она появилась вновь. Визит не затянулся. Алекса опять принесла гостинец для "болящей", пожелала той скорейшего выздоровления и убежала по своим делам.

— Ей что-то от нас надо, — сказала Кристина.

Стоя у окна, девушка наблюдала, как Алекса, укрываясь в тени зданий, быстро шла прочь.

— Может быть, ей просто приглянулся наш Кирилл? — выдвинула с дивана свою версию Катя.

— Возможно, — согласилась Кристина. — Даже скорее всего. Хотя вообще-то она больше вокруг тебя крутится.

Катя моментально вспыхнула.

— Сколько раз тебе повторять, у меня с ориентацией всё в порядке! И даже если я иногда, заметь, иногда, увлекаюсь, то я натура творческая, а творческим натурам свойственны внезапные порывы.

— Ладно-ладно, — отозвалась Кристина. — Я ничего такого ввиду не имела, натура творческая. Я вот о чём. Если бы она надумала охмурить Кирилла, то крутилась бы вокруг него, когда нас нет рядом. А она крутится вокруг тебя и определенно не хочет, чтобы о ее визитах знал кто-нибудь еще. Приходит вечером, когда на почте мало посторонних, уходит тайком.

— А почему именно вокруг меня? — уточнила Катя.

— Да потому что именно ты у нас не в форме, а без тебя мы никуда не двинемся, — ответила Кристина. — А это значит, что ей что-то от нас надо.

— Что же?

Кристина пожала плечами.

— Не знаю, — сказала она. — Но доктор сказал, что ты пошла на поправку, так что скоро мы это узнаем.

Она ошиблась только в слове "скоро". С просьбой Алекса пришла на четвертый день, когда Катя уже полностью оправилась и успела дать мастер-класс на местном черном рынке. Столкнув лбами дюжину торговцев, она взвинтила цены на одни товары, обрушила на другие и сумела заключить несколько фантастически выгодных — только для себя! — сделок.

Рынок потом еще недели две лихорадило. Облапошенные торговцы поминали Катю тихим недобрым словом, а кое-кто даже собирался разыскать ее и потолковать о своих убытках, однако команда Кирилла, уже имевшая подобный опыт, задерживаться в Новгороде не стала. Вечером того же дня они уже паковали вещи, когда "на огонёк" забежала Алекса.

— Привет, — сказала она. — Внизу поговаривают, что вы завтра утром уходите.

— Ага, — ответил Кирилл. — Хотелось бы уехать, но с транспортом у вас туго.

— Типа того, — согласилась Алекса. — Точнее, с топливом.

— И поэтому у вас простой велосипед стоит как раньше стоил мерседес, — недовольно проворчала с дивана Катя.