Крупный план Самуэля, он более серьезно приглядывается к Монги.

САМУЭЛЬ. Почему же ты не сказал об этом сразу? Зачем обманывал нас?

АНДРО (озабоченно). Эй, Сами, ты что, поддаешься на его уловку? Это же еще одна его эротическая фантазия… Такого не было даже у Уолта Диснея… МОНГИ (поворачиваясь к ним). Я п-п-плыву, и это н-н-не шутка, ложь не б-б-была бы так тяжела… Здорово б-б-было прогуляться с в-в-вами, но если кто-то хочет п-п-присоединиться ко мне, то п-п-пожалуйста. Я не т-т-теряю надежды, ч-ч-что вы п-п-поедете со м-м-мной. Я б-б-боюсь, м-м-мне ужасно с-с-страшно, но эта земля с-с-страшит меня б-б-болыпе, чем м-м-море.

САМУЭЛЬ (гневно). Ты что, обкурился или какого черта с тобой происходит? И ты не доверился нам? Разве мы не братья, старик? Ты что думаешь, я дам тебе уплыть, разве ты не понимаешь, что это опасно, черт тебя дери? Ты не помнишь, сколько народу потонуло? Я и сам не поплыву и тебе не позволю, не хочу, чтобы меня всю жизнь мучила совесть… Но, черт, к чему вся эта ерунда, эти бредни насчет плавания, зачем вдруг ни с того ни с сего нужно было вешать нам лапшу на уши?

АНДРО. Вы это серьезно или просто голову мне морочите?

МОНГИ. Серьезно. В-в-все решено, и я ни м-м-минуты здесь б-б-больше не в-в-выдержу.

АНДРО. И ты это взял и так просто решил, вот прямо сейчас? Нет, ты готовился к этому. Послушай, ты же знаешь, что я тоже не прочь смыться отсюда, но не так же. НЕТ!.. Это чересчур, почему я должен плыть, почему должен поддаваться на какую-то идиотскую блажь? Нет, ни за что не поплыву!

Начинается сильный дождь.

Спрятавшись за груду вещей, Грусть-Тоска слушает спор друзей. Дождь усиливается. Монги укладывает вещи, намереваясь приступить к исполнению своего плана, протягивает гитару Самуэлю.

МОНГИ. В-в-озьми на п-п-память.

САМУЭЛЬ (наваливаясь на него). Я не дам тебе уплыть, Заика, старина, разве ты не понимаешь, что это безумство?

Они дерутся. Самуэль наносит удар Монги. Андро пытается их растащить, все трое сплетаются в один клубок. Самуэль истерично плачет. Устав, они прекращают борьбу.

Монги удается выскользнуть из крепких объятий; он отбегает на несколько шагов, остальные, подавленные, сидят на земле.

МОНГИ. Не б-б-беспокойтесь, дождь сильный, но м-м-море б-б-будет спокойным – дождь без ветра. Да гори оно все синим пламенем и пропади трижды пропадом!

Схватив колесо, он бежит с рюкзаком за спиной в сторону каменистого берега, Андро и Самуэль устремляются за ним. Вдруг море озаряется феерическим светом, посреди волн появляется Дева Милосердия. Крупный план лица ошеломленного Самуэля.

САМУЭЛЬ. Дева Милосердия, Дева Милосердия!

Остальные тоже видят ее, но не могут поверить своим глазам.

АНДРО. По-моему, это подводная лодка!

МОНГИ (в смущении). Это маяк. Всего лишь маяк Морро, м-м-мне н-н-нужно быть осторожным с этим м-м-маяком! Они могут меня обнаружить!

САМУЭЛЬ (зачарованно). Нет, это Дева Милосердия, это она. Я вижу трех Хуанов у ее ног!

В следующем кадре мы видим Деву, парящую над волнами; рядом, охраняя ее, скользит лодка с Хуаном Креолом, с Хуаном Индейцем и с Хуаном Негром.

АНДРО. Это Дева! Или подводная лодка?! Черт возьми, кабальеро, Пресвятой не существует!

Монги, воспользовавшись замешательством, бросается в море. Он бормочет молитву, глядя на чудо явления Девы.

МОНГИ. Давай, черт тебя дери, если это и вправду ты, то защити меня.

На берегу Андро и Самуэль мечутся из стороны в сторону. Наконец Самуэль бросается в океан, который начинает уже волноваться; в отчаянии он плывет изо всех сил. Образ святой сияет, освещая путь. Самуэль плывет все дальше и дальше, сражаясь с волнами и дождем. Он доплывает до Монги, нахлебавшись воды, хватается за автомобильную камеру.