- Я воспользовался? - Он резко хохотнул. - Дорогая, я проснулся и подумал, что попал в щупальца спрута. Он так опутал меня… Ох, нет, вы не… - (Она потянулась за сапогом, чтобы бросить в него.) - Вы начинаете бросать в меня вещи… Пожалуй, я не поведу вас сегодня к горячим источникам.

- К горячим источникам? - Она поставила сапог, сдула с глаз волосы и села.

- По-моему, они заслуживают вашего внимания, - улыбнулся Сэм. - Симпатичное местечко рядом с рекой на полпути прямо по каньону. Вода как в ванне.

- В ванне? - повторила она и обняла свой рюкзак.

- Если мы сегодня хорошо рассчитаем время, то сможем разбить там лагерь на ночь. - Он потянулся и лег на спину.

- Ох, не валяйтесь. - Она схватилась за край мешка и выкатила Сэма на землю. - Вставайте, Маккентс. День проходит зря.

Сэм Маккентс был прирожденным всадником. Он сидел в седле так, будто был создан для того, чтобы ездить верхом. Такого полного единства с лошадью Фейт не видела ни у одного наездника. И руки! Как он поднял ее внизу у лестницы в ночь их свадьбы. Как целовал ее. И его прикосновения, от которых плавились кости и бухало сердце…

Лошадь споткнулась о камень. У Фейт перехватило дыхание, она чуть не вылетела из седла из-за неожиданного рывка. Но, ухватившись за поводья, усидела. Потом животное снова пошло ровно.

- Что-то не так? - оглянулся Сэм, ехавший впереди.

- Все прекрасно.

- Но вы скажете мне, если что-нибудь случится? - подозрительно сощурился он.

- Конечно, скажу. - Фейт ласково улыбнулась: он хочет, чтобы она начала жаловаться. Тогда он потащит ее назад.

Напрасно надеется. Она пройдет весь путь, чего бы ей это ни стоило. И сегодня ночью постарается, чтобы ее спальный мешок не оказался рядом с Сэмом Маккентсом. Лучше замерзнуть.

Сэм остановил лошадь, показывая на нагромождение скал. Оттуда поднимался пар.

- Ванна ждет вас, моя леди. - Улыбаясь, он повернулся в седле.

После двух дней верхом, да на жаре, Фейт не нуждалась в уговорах. Под балдахином тополей тропинка сужалась, потом резко спускалась между крутыми стенами выветренных скал. Когда они выбрались на открытое место, у Фейт перехватило дыхание.

Позади озера каскадом падала окутанная Паром вода. Из расщелин скал, из-под валунов вылезали папоротники. Множество крохотных белых цветов сладким ароматом наполняли воздух. Деревья и кусты казались Живыми от пения птиц и порхания бабочек. И Рядом с этой роскошной, спокойной красотой - река, бушующая и ревущая, словно золотистый лев, готовый вырваться из клетки на берег и проглотить драгоценный покой.

- Нравится?

- Красиво, - выдохнула она.

- Я разобью здесь лагерь. - Он спешился за грудой валунов и помог ей слезть с лошади. - Здесь река еще бурная, но чуть ниже есть место у подножия скал, между потоком и горячими ключами. Держитесь подальше от порогов и можете плескаться и играть сколько душе угодно.

Играть? Она посмеялась над его выражением. Слово «играть» уже многие годы не входило в ее лексикон. Если вообще когда-нибудь она пользовалась им. И вдруг ей захотелось поиграть. Захотелось танцевать, прыгать и… что еще делают люди, когда играют? Но прежняя Фейт удержала ее. Прежняя Фейт напомнила, что это не отпуск, а серьезная экспедиция. Они ищут тело. Тело человека, который был ее отцом.

- Ох, ох, узнаю этот взгляд. - Сэм обхватил рукой ее подбородок. - Надсмотрщик, солнышко, не позволяет.

- Но…

- Мы остановились на ночлег, - перебил он ее. - Потом будет уйма времени подумать об ответственности и долге. А сейчас, Фейт, позвольте себе войти в воду и порадоваться. - Его пальцы ласкали ей подбородок.

Она заглянула ему в глаза. Никакой улыбки.