Глядя на Краснова, сразу можно понять, что он очень давно служит стражником. Это выдавали прямая спина, небольшой живот, который еще можно было скрыть формой, набрякшие веки от недосыпа и очень усталый взгляд. Вот только я никак не мог понять, зачем им я? Никогда не участвовал в таких мероприятиях, и силы, чтобы успокаивать мертвых, у меня нет. Для красоты, разве что.

— Это же не первое поднятие, так?

— Все так, господин архимаг, — кивнул он. — Но там новые могилы. А тут… Даже не представляю, сколько они в земле лежали!

— А что служители неба? Разве не они главные по успокоению таких сущностей?

— Они уже на кладбище. Все трое.

— Как трое⁈ Всего?

— Остальные уехали почти полгода назад, — пожал он плечами. — Бояться. Сорванный ритуал — это не шутки.

— А вы?

— А у нас служба! — четко ответил он. — Мы растянемся цепочкой и будем ловить самых слабых, чтобы не вырвались за периметр. Охранные артефакты заряжены и работают.

— Постараюсь помочь, — сказал я и повернулся к Григорию. — Оставайся здесь.

— Буду на подхвате, — он протянул руку Краснову. — Григорий Михайлович Антипкин, бывший военный.

— Вставайте в строй, — кивнул Сергей Геннадьевич. — Лишние руки никогда не помешают.

Поднявшись на подушке над ограждением, я полетел к центру кладбища, на ходу проверяя нити заклинания. Их было много, но это в большинстве своем защитные, укрепляющие и для поливки газона. Я не видел ничего, что могло бы поднять мертвецов.

Так какого же хрена⁈ Откуда тогда вихри и эта гнетущая атмосфера?

Внизу я увидел знакомую фигуру Августина Никифоровича. Он стоял возле здоровенного памятника, с интересом разглядывая его. Я опустился рядом, развеял заклинание и спросил у него:

— Подмигнул?

— Нет. А должен?

— А в парке подмигивает.

Августин Никифорович удивленно на меня посмотрел и нахмурился.

— Любопытно. Вернемся к нашим бара… мертвым. Сейчас необходимо…

Он недоговорил, потому что ближайшая тяжелая плита на могиле треснула, и из нее вырвался поток магии мутно-серого цвета.

— Нехорошо пошло, — вздохнул Август Никифорович и весь подобрался.

Вокруг него засияла небесная сила, сверкая серебристыми и золотыми искрами. Засматриваться на нее у меня не было времени, и я стал готовить силовой щит. Он в последнее время часто меня выручает.

Впрочем, он мне не понадобился. Завершив свое заклинание, служитель неба с размаху опрокинул весь заряд магии на плиту. Та вздрогнула, словно от удара молотом, и засияла до рези в глазах.

— Не люблю это делать, — устало вздохнул Август Никифорович. — Хрень собачья! Какому идиоту пришла в голову мысль, что поднимать мертвых — это интересно⁈ Найду и руки повыдергиваю! — ворчал Август Никифорович.

— Так вы считаете, что это дело рук человека? Не проклятье?

— Проклятие тоже виновато, — поморщился он. — Люди от страха с ума посходили. Не удивлюсь, если окажется, что это кто-то решил спросить совета у любимой бабули и случайно поднял всех.

— У вас в городе есть и такие самородки?

— Случается, — он огляделся, выискивая другие треснувшие плиты. — Сейчас еще будет. Чувствуете? В воздухе как запахло?

Конечно, я чувствовал. Впору уже нос затыкать от этого букета. Хуже только на скотобойне воняет. Пока мы с Августом Никифоровичем наблюдали за кладбищем, я заметил одно очень странное заклинание.