Рецензия размером 1800 знаков и менее предназначена только для обсуждения книги. Никаких мыслей, чувств и философствований туда просто не влезет. Короткие предложения, минимум прилагательных и деепричастных оборотов, чёткий смысл и однозначный вывод.

Рецензия размером максимум до 5400 знаков — идеальный формат для спокойного и обстоятельного рассуждения об одном произведении. Можно поговорить о месте книги в творчестве автора, провести параллели, добавить своих впечатлений и выводов, подробно разобрать достоинства и недостатки текста — и при этом не утомить читателя.

Рецензия более 5400 знаков просто обязана не замыкаться на проблематике одной книги (если это, конечно, не «Властелин Колец»). Приплетаем литературный процесс и тенденции жанра, сравниваем с аналогичными произведениями, анализируем творчество автора вообще, активно цитируем и подбавляем свои мысли — без них в большом тексте просто не обойтись.

Критерии оценки

Что можно учесть, оценивая и анализируя произведение?

Общее впечатление от книги — цельное, разрозненное, мощное, слабое, приятное, жалкое.

Сюжет — насколько логично он сведён, есть ли моменты, на него не работающие, не провисают ли линии?

Повествование — динамичное, неспешное, затянутое, загнанное, рваное. Насколько динамика повествования соответствует жанру и задачам, поставленным в книге? Не пытается ли автор «рулить сюжетом», прогибая логику событий в угоду замыслу?

Герои — насколько подробно и достоверно они описаны, достаточно ли естественна их психология, могли ли они поступать именно так в заданных обстоятельствах? Симпатичны ли эти герои читателю, вызывают ли сопереживание или отвращение?

Язык и стилистика — вообще и в контексте поставленной задачи. Как пример: «Цветочный крест» Е. Колядиной заслужил «Букера» ровно по одному параметру — великолепной работе с языком в рамках повествования. Убери оттуда скоморошьи приговорки и церковнославянские обороты — и книга превратится в банальный пафосный дамский роман. А язык её спас.

Достоверность вообще и в деталях. Не нарушаются ли в книге законы природы и науки, носили ли в указанное время такие мундиры, говорили ли по-французски в салонах, правильно ли звучит текст молитвы? Я всегда привожу пример из собственного рассказа, в который меня на семинаре торжественно ткнули Олди, — герой там стоял в карауле под дождём и у него промокли крючки на ботинках. Крючки. Металлические. Промокли.

Фантдопущение — в чём конкретно заключается, насколько грамотно оно сконструировано и насколько необходимо? Можно ли без ущерба для книги изъять оттуда принцесс с драконами или звездолёты с плазмаганами?

Психология отношений — есть ли у персонажей внутренние мотивации для поступков и достаточно ли их, ведут ли себя разнообразно или жёстко следуют стандартным реакциям, не чувствуется ли за спинами марионеток-героев жёсткой руки автора-кукловода?

Основная мысль текста — насколько она этична, умна, оригинальна? Чему книга учит читателя, что хочет ему сказать?

Отображение — удалось ли автору воплотить свой замысел в явной форме, видит ли читатель пещеры драконов или рубку космического корабля? Можно ли вычленить идею автора из его текста с первого прочтения?

Оригинальность — насколько банальна идея, откуда автор что заимствовал, кого цитирует, пародирует, перефразирует? Если кажется, что книга открывает собой новый жанр или направление — непременно упоминаем об этом.

Ошибки и ляпы — ловим блох и предъявляем их обществу.