Кроме того, продолжала Айрис оправдывать Леона, нельзя же во всем винить только мужа.

Да, он предал ее, причинил ей боль. Но кто поручится, что не ее холодность толкнула Леона в объятия страстной Мелиссы? Конечно, она, как жена, всегда была покорна его ласкам, но и только. Леон же нуждался в большем.

Так стоит ли попрекать его тем, что, отчаявшись разбудить в жене чувственность, он утешился вне брачной постели?

Продолжая рассуждать в том же духе, Айрис в конце концов убедила себя в полной невиновности Леона. Теперь она во всем обвиняла только себя, упрекала за то, что так и не смогла подарить мужу свою любовь, И за то, что так легко была готова поверить в самое плохое о Леоне, Мелисса же ведь не призналась, что побывала в постели ее мужа, А следовательно, оставалась некая доля вероятности того, что Леон по-прежнему верен ей, своей законной супруге.

Наверное, впервые со дня разлуки Айрис почувствовала, что скучает по Леону, и захотела как можно скорее попасть домой. Казалось, что стоит только вернуться в родной Ньюкасл, как все встанет на свои места, а Сейшелы, яхта и Дилан покажутся лишь смутным сном, Раз у них с Диланом нет будущего, так стоит ли терзаться из-за слишком поздно пришедшей любви? Да и любовь ли это? - спрашивала себя Айрис. Уж не вообразила ли я себе больше, чем есть на самом деле? Дилан только сказал, что испытывает ко мне влечение, а я уж представила невесть что! Не удивлюсь, если капитан "Морского ястреба" забудет о моем существовании еще до конца круиза. Мелисса все же права: от человека с подобной репутацией нельзя ожидать ничего хорошего, Тут Айрис припомнила все, что когда-либо слышала о Дилане. Неблагодарный сын, ловелас, распутник, соблазнитель чужих жен, совратитель несовершеннолетних... И как только ее угораздило влюбиться в подобного человека? Нет, решено: чем быстрее она выкинет из головы весь этот бред, тем лучше же для нее самой. Ах, если бы только Леон поехал вместе с ней на Сейшелы, тогда всякая чепуху не приходила бы ей на ум!

Айрис вдруг ощутила непреодолимое желание услышать голос мужа. Правда, единственный на яхте телефон находился в каюте капитана. А это означало, что ей придется объяснять Дилану, зачем и куда она хочет звонить.

В другое время Айрис непременно смутило бы подобное обстоятельство. Однако сейчас она испытывала такой прилив отваги, что готова была иметь дело хоть с дюжиной Диланов Лингтонов.

Наскоро заправив несколько выбившихся из прически прядок, Айрис решительным шагом направилась к каюте капитана. Она оказалась не заперта: хозяин яхты находился внутри. Собравшись с духом, молодая женщина постучала.

- Войдите, - раздался в ответ знакомый голос.

При звуках этого голоса Айрис охватила беспричинная паника. Она уже жалела, что решилась сюда прийти. Однако отступать было поздно. Глубоко вздохнув, Айрис толкнула дверь и вошла.

Дилан сидел за столом и что-то писал. Не глядя на вошедшую, он спросил:

- Что надо? - Не услышав ответа, мужчина поднял голову и только тогда заметил Айрис. В его зеленых глазах вспыхнуло изумление. - Вы?

В моей каюте? Никак не ожидал вас здесь увидеть, но все равно очень рад. Проходите же, не стойте на пороге.

- Мне нужно позвонить, - заявила Айрис, от волнения забыв ответить на приветствие.

Дилан нахмурился. Он поднялся было навстречу посетительнице. Однако, услышав ее просьбу, передумал и опустился обратно на стул.

- И куда, позвольте вас спросить?

- Домой. Узнать, как дела.

- Должен сказать, что обычно мы не позволяем пассажирам пользоваться телефоном без особой надобности. - Его голос был сух и бесцветен. - Дамы очень любят болтать, а нам потом приходится оплачивать астрономические счета.

- А разве астрономическая стоимость круиза не покрывает с лихвой всех ваших расходов? - не удержалась и съязвила Айрис.