|
Но каждый из них унаследовал по пятьдесят процентов генов от одних и тех же родителей. Значит, вероятность того, что Элиас подойдёт как донор, составляла двадцать пять процентов.
Неплохой шанс, подумала она. Считай, в лотерее каждый четвертый билет — выигрышный. Прекрасный шанс, подумала она — и заставила себя посмотреть. Поверх головы Альмы, сжимавшей руку брата так сильно, что его костяшки побелели. Оливия смотрела на лист в его руке, но подступившие слезы застилали взгляд, мешая разобрать напечатанное, и продолжала думать о двадцати пяти процентах. И о том, что она верит в шансы; что эта вера твёрдая, несокрушимая — и что она вдруг стала еще крепче, взмыла на новую, отчаянно-светлую высоту, когда Оливия подняла глаза и поочередно взглянула в лица — сначала Элиаса, потом Альмы. Оба плакали. И оба улыбались. |
