Абель Харкурт пожал плечами.

– Знаешь, парень, для убийцы ты вел себя как-то слишком уж вежливо. И мне приятно думать, что так я насыплю перцу под хвост всем этим политиканам из Аида. Но, я вижу, у тебя самого крупные неприятности. Что ты собираешься делать дальше?

– Не знаю еще. Мои знания о мире очень ограничены. Пока я хочу только скрыться и выжить. Не могли бы вы мне посоветовать, как лучше это сделать?

Абель Харкурт подобрал старое ведро, перевернул вверх дном и сел, стараясь все время не упускать Калибана из виду и не делать ничего, что могло бы насторожить или испугать робота. Абель надеялся, что этот Калибан и в самом деле такой рассудительный и здравомыслящий, каким кажется. Но ни к чему без толку испытывать судьбу.

– Не знаю, смогу ли я присоветовать что-нибудь дельное, – сказал старый скульптор. – Дай-ка подумать.

Кто, черт возьми, захочет помочь Калибану, на которого ополчился весь мир?

Однако, стоп! Весь мир ополчился на одного изгоя. Фреда Ливинг рассказывала о чем-то подобном на своей лекции. Абель потом сам нашел и перечитал эту древнюю легенду. Легенду или, скорее, легенды о Франкенштейне. Очень запутанный клубок совершенно неоднозначных рассказов об одном и том же. Чудовище, оказавшееся в мире, не имея о нем ни малейшего представления, монстр, которого ненавидели и боялись уже за одно то, что он не такой, как все. Обезумевшая от страха толпа полудиких вилланов штурмом взяла замок, где скрывался этот монстр, и зверски его убила из одного только слепого страха перед необычным. И боялись они не чего-то реального. Темных, забитых крестьян до смерти напугали одни лишь слухи и предрассудки.

Может, этот древний спектакль разыгрывается сейчас заново? Неужто в прекрасном, высокоразвитом обществе колонистов люди в основе своей остались такими же варварами и дикарями, как в те незапамятные времена? Нет! И Абель Харкурт собирался доказать это личным примером.

– Если ты разбил аэрокар, то шериф наверняка вскоре разыщет обломки. Они за тобой гнались, когда ты улетал из города?

– Да.

– Значит, они обязательно найдут тебя, останешься ты здесь или нет. Они найдут разбитую машину и, может, по твоим следам дойдут сюда. А может, просто прилетят прямо сюда – это ближайшее жилье. Если ты отсюда уйдешь – на открытой местности они схватят тебя очень быстро. Если же ты возьмешь мой аэрокар… Уверен, они сейчас следят за воздушными сообщениями всеми возможными способами. Но даже если тебе удастся от них ускользнуть, по воздуху или по земле, все равно через несколько дней у тебя снова кончится энергия. Им останется только подождать, пока ты придешь на какую-нибудь энергетическую станцию для подзарядки, и накрыть тебя там или где угодно, если ты отключишься.

– Так что же мне делать? – спросил Калибан. – Где мне подзаряжаться? Я создан для жизни. Я не хочу умирать!

Абель Харкурт рассмеялся – негромко и печально.

– Кто же хочет, дружище?! Вряд ли такие найдутся… Давай-ка еще поразмыслим.

В комнате стало тихо. Абель Харкурт нередко позволял себе разные странности, не принятые в обществе инфернитов. Но это… Это было уже кое-что другое. Помочь выжить роботу без Законов – это наверняка будет расценено как преступление или почти преступление. Ведь Калибан опасен!

Точно так же опасен, как человек. Разве не он напал на свою создательницу, Фреду Ливинг?

– Так ты говоришь, что никогда ни на кого не нападал? – спросил Абель.

– Я защищался, не причинив кому-либо особенного вреда, когда группа поселенцев хотела меня уничтожить. Кроме этого случая, у меня нет информации о том, чтобы я на кого-то нападал.

– Нет информации? Ты что же, хочешь сказать, что нападал на кого-то, не зная об этом? Как такое может быть?

– Первое, что я помню – как стоял над лежащей на полу бесчувственной женщиной, которую я впоследствии опознал как Фреду Ливинг.