Глава 22

Последнее желание

Неизвестное место, храм Иссу

Быть целителем — это значит видеть то, чего не способен за собой заметить пациент. Дёргающееся веко, странная походка или запах, который чуют лишь собаки. Мы видим отклонения, которые для человека, эльфа или орка уже стали нормой.

— ЧТО-О-О? — бог-дракон Иссу зарычал так, что у меня кости в теле задрожали. — Как смеешь ты, жалкая букашка, называть меня подделкой? Я бог-дракон… Небесный владыка и защитник мира Солэнберг и ещё двенадцати миров!

— А я целитель, — мой голос спокоен, а взгляд не отрывается от дракона. — Ваша форма тела и черепа искусственно изменены. Вы не оборотень, и это родовой дар полиморфизма. Ровные надбровные дуги, излишне правильная челюсть. Тот, кто изменял вам внешность, стремился к воображаемому им идеалу. Эдакий скульптор кости и плоти. Иссу, которого я видел в прошлом, плевать хотел на собственное несовершенство.

Дракон гневно зарычал, испепеляя меня взглядом.

— Моя память совершенна, жалкое ты создание! — Иссу когтями высек искры из каменного пола. — Я помню всех, кого видел и слышал за последние четыре сотни лет. Вы, зачарователи, народ редкий. Таких, как ты, было всего семнадцать… И только один из них сумел достичь ранга учителя [3]. Я помню его запах, ауру и даже поле ментального напряжения. Ты не он… Вообще ни один из них!

— Дело было в Стене.

— Лжец! — глаза Иссу гневно засверкали. Пространство вокруг нас залило чудовищной силы Жаждой Крови. В строении храма за драконом на пол попадали храмовники. — Какая ещё Стена? У тебя даже метки Первопроходца нет.

Содрав тонкий верхний слой кожи с правого запястья, я показал дракону свои метки. Будь передо мной и впрямь бог-дракон, и он же хранитель 77-го этажа Стены, сразу бы почуял метки. Тот же Библиотекарь увидел их сквозь кожу.

Настоящий Иссу давно бы меня испепелил за грубость и фразу «мы встречались». Бог — это бог. В смысле, реально БОГ. Такая личность не потерпит даже косого взгляда в свою сторону, не говоря уже о сомнениях в его подлинности. А этот боится, что его личность раскрыта, и пытается выудить побольше информации.

Увидев мои метки, лже-Иссу гневно задышал. Двойник понял, что его поймали на горячем. Разлитая в пространстве Жажда Крови усилилась настолько, что теперь была способна убить даже магистра [4]. Несмотря на Власть в семёрку, у меня самого аж скулы сводит от давления.

— Так могу я поговорить с Иссу? — смотря в глаза дракону передо мной, я чуть наклонился и крикнул в сторону храма.

— Склизкий мерзкий урод, живущий в канализации! Джехайра, я знаю, что ты там. Твоя вонь даже сюда доносится.

*Ву-у-у-ум!*

Удушающая аура ментата-архимага [8] разлилась по пространству.

— Наглец! — донёсся полный гнева крик из ближайшего храма.

Жажда Крови снова подскочила. Воздух задрожал, заныли зубы. Давление на сознание увеличилось вдвое. Казалось, я очутился на поле боя двух архимагов, и оба находятся на пике своей силы.

Само поведение Джехайры, как и буравящий взгляд лже-Иссу, сказали о том, что эти двое заодно… Лже-бог с иллитидом… Происходящее всё сильнее походило на кошмарный сон.

Джехайра в уродливом обличии иллитида вышел из храма. С бороды и из щупалец капала слюна. Тварь явно оторвали от обеда. Всех простых людей и храмовников в том помещении давно убило давлением Жажды Крови.

— Такой день испортил! — шагая к нам, Урулоги в гневе сорвал с себя дорогой фрак, фонящий артефактами. — Я собирался дать тебе сутки на прощание с близкими и лишь потом пригласить на ужин. Надеюсь, ты хорошо рассолом пропитался.

Джехайра стёр со щупалец выступившую слюну.