[Как бы Велес не переиграл самого себя,] — в этот момент мне почему-то вспомнились Валера с Настей. — [Надеюсь, с ними всё будет хорошо.]

…

Путь до Второго Пояса занял всего пять дней. Ещё двое суток ушло на омоложение Мартена и Агаты. На отдых мы остановились в одной из горных долин, где в изобилии водились монстры. Для столь масштабной целебной процедуры требовалась целая прорва эфира.

Лечение прошло успешно. Старики, которым в этом году стукнуло по шестьдесят пять, теперь выглядели максимум на сорок. Так я выразил им свою благодарность за согласие на путешествие в ад Седьмого Пояса и обратный путь.

Падла всю дорогу вёл себя тихо, с настороженностью поглядывая на принцессу. За все эти дни пернатый не произнёс ни слова, ведя себя как нормальный попугай. Судя по неровным всполохам ауры, дочь Велеса его почему-то пугала.

Высадив помолодевших Мартена и Агату у пристани в деревне Тьмутаракань, мы ненадолго задержались. Из дома стариков доносились крики. Подойдя поближе, мы с Монэ наконец смогли разобрать голоса.

— Комиссар, я говорю вам чистую правду! — орал Жакон. — Некий господин Довлатов спас меня после того, как гвардеец Короля пронзил мне сердце. Потом мы на «Скороходе» прилетели сюда. Здесь раньше жил мой тесть Мартен со своей супругой.

И дальше стандартное душное бу-бу-бу-бу-бу от Жакона. Судя по шуму, кто-то пытался топором выбить дверь. Нападавшие, видимо, хотели поскорее убить душнилу.

Попугай, услышав знакомый голос, нахохлился и зашипел.

— Земля! Прими раба своего Жакона… Надо помочь комис-сару.

Я повернулся к Мартену с Агатой, идущих к дому вслед за нами.

— Всё забывал спросить. Что ваша дочка нашла в этом… Ж-жаконе?

— Доча глухой родилась, ваше благородие, — Мартен по-доброму улыбнулся. — Когда этот обалдуй варежку открывает, она представляет, будто он ей комплименты говорит. Так и сошлись. Глухая и душный.

— Беда-а-а-а, — секунды три пытался осмыслить услышанное. — Слух вернуть не проблема. Только вот надо ли?

Мартен собирался было ответить «нет», но Агата сильным тычком заставила мужа прикусить язык.

— Надо, ваше благородие, — взгляд кухарки стал совсем уж суровым. — Когда доча с мужем к нам на выходные приезжает, я все окна и форточки открываю… Душно. Сама в лес ухожу. На медведе пар выпускаю.

Зайти в дом и успокоить команду неугодных не составило никакого труда. Монэ в два счёта внушила бойцам, якобы они убили Жакона и выбросили труп в лесу… Перед этим жёстко над ним надругавшись, и потому всё это надо хранить втайне.

Самого Жакона я усыпил от греха подальше. Потом сменил черты лица и длину голосовых связок. Заодно омолодил на десять лет. Не факт, что его теперь жена узнает.

За это время Агата успела сходить за дочкой. Вернуть ей слух оказалось дело двух минут. Затем пара часов ушла на калибровку чувствительности. К этому времени как раз проснулся наш душнила.

— Дорогая!

— Жакон!

— Ты как никогда прекрасна! — властитель духоты огляделся и наконец заметил нас с Монэ. — Смотри! Это тот самый господин, который спас меня при побеге из дворца.

И снова бу-бу-бу… Не прошло и минуты от начала словоизлияния, как у Падлы глаза налились кровью. Тело пернатого накрыло «доспехом духа». Монэ играючи схватила попугая и начала с улыбкой что-то шептать пернатому на ухо.

Я же наблюдал за реакцией дочери на речь душнилы. Та улыбалась спокойно, принимая «духоту» от мужа.

— Любит его, дурёха! — штурман, улыбаясь, повернулся ко мне.