Через некоторое время накатила слабость, и я снова прилёг. На часах без пятнадцати пять, а вставать, несмотря на выходной, в семь утра нужно – кормить Дозора. Фиг выспишься, в общем. Впрочем, сам виноват.

Как назло, не спалось. Я повернулся к окну и принялся смотреть на звёзды. Очень скоро мне удалось заметить среди рассыпанного на чёрном холсте сверкающего бисера яркую, плавно движущуюся точку…

С мыслью о том, что вот было бы здорово, чтобы исполнилось желание улететь на какую-то другую планету и там начать жизнь с нуля, без груза прошлого, накопившегося в памяти, я и провалился в сон.

Снились мне чаще всего фрагменты из реально пережитого наяву. Светлое и радостное почти никогда, всё больше мрачные и тяжёлые моменты, никак не желающие улечься на дно подсознания.

* * *

…Майор Щебенев повёл стволом «калаша», указывая, и сказал:

– Вон там наш самолёт.

– Осточертели мне эти джунгли, – буркнул сержант Сушинский. – Скорей бы уже отсюда улететь.

– Что ж ты, Макс, так торопишься? – с иронией спросил сержант Афиногенов. – Ты же всю жизнь мечтал побывать в какой-нибудь Флориде!

Афиногеша – душа отряда. В нём всегда столько желания и энергии! Да и вообще солдат и товарищ он отличный. Единственное, что раздражает, так это любовь сержанта к подколкам и остротам. Особенно доставалось его лучшему другу и тёзке Сушинскому. Поначалу и не скажешь, что они друзья. Но если вдруг какая-нибудь беда – а наш отряд повидал достаточно бед, – то Гепард (Афиногенов) и Бармалей (Сушинский) встанут спиной к спине, чтобы защитить и дать отпор. Впрочем, сержанты без колебаний придут на помощь любому члену отряда. В подразделения особого назначения подбирают не абы кого, а тех, кто ладит с товарищами по оружию. Можно даже сказать, что парни из любой группы ОБР – братья.

Сушинский сделал вид, что не услышал вопрос. Он достал из крепления на поясе фонарик и подсветил карту.

– Топаз, – обратился он к майору, – как пойдём? Напрямик через джунгли или в обход, через ручей на востоке?

– Времени не так много, – сухо ответил майор Щебенев. – Идём напрямую.

После этих слов он взмахнул мачете и срубил свисающую на пути лиану.

Метров через двадцать его сменил Афиногенов: прорубать дорогу – тяжёлый, сильно изматывающий труд. Это вам не кино про Хищника.

– В «Секретных материалах» была серия про леших, – как всегда вставив что-нибудь из «Икс файлс», заговорил лейтенант Калинов; из-за его любви к этому сериалу про спецагентов ФБР мы его прозвали Малдин, в честь одного из двух главных персонажей, Фокса Малдера, но прозвище трансформировалось, приобрело окончание, свойственное многим русским фамилиям. – Они жили как раз во флоридских лесах.

– Так мы не в лесу, а в джунглях, – заметил я. – Или ты думаешь, что здесь тоже живут лешие?

– Лес во Флориде мало чем отличается от джун…

Ответ оборвался на полуслове. Позади меня раздался громкий шелест листвы, и на мой затылок брызнуло что-то тёплое.

Я резко обернулся и увидел заваливающегося на спину Калинова. Мгновением позже до нас донёсся звук выстрела.

– Ложи-и-ись! – крикнул я, и одновременно с моим криком от стволов, лиан и листьев начали отскакивать отдельные фрагменты, а то и целые куски, будто невидимый садовник сошёл с ума и кромсает своими огромными ножницами не глядя.